Необратимость полностью

На моих губах блуждает улыбка.

Она подается вперед, пока ее нос не касается моей кожи. Затем она делает глотательное движение. Один раз. Дважды. Слезы текут по ее щекам и волосам, но она не отводит взгляда.

Черт возьми.

Я в секунде от того, чтобы потерять контроль над собой, когда ее ногти впиваются в мою кожу. Отступив, я провожу пальцами по ее волосам, пока она переводит дыхание.

— Как я справилась? — Озорная улыбка появляется на ее губах. Она точно знает, как.

Подняв ее на ноги, я притягиваю ее к себе и целую. Моя рука перемещается к ее горлу, где я провожу большим пальцем по учащенному пульсу. Затем я сжимаю… немного.

Она стонет. Зубы впиваются в мою нижнюю губу, прикусывая ее так сильно, что выступает кровь. Черт, эта женщина совершенна.

Но мы еще не закончили.

Я отталкиваю ее и падаю в огромное кресло. Мое дыхание прерывистое. Я на грани того, чтобы повалить ее на пол и взять прямо сейчас, но я хочу гораздо большего.

— Разденься для меня. Мои брюки все еще расстегнуты, ноги широко расставлены.

Ее пальцы стремительно порхают по пуговицам блузки.

— Не так.

Ее взгляд встречается с моим.

— Мое время в VIP-комнате закончилось раньше положенного. Ты все еще должна мне.

Она смеется.

— В VIP-комнате ты получил больше, чем может мечтать любой посетитель. Мы в расчете.

— Ах, но ты не проститутка, Пчелка. А я не клиент. Ты скакала на моем члене, потому что хотела этого. Теперь я хочу посмотреть, как ты раздеваешься. Медленно. Только для меня.

В ее глазах вспыхивает вызов.

Я никогда не видел ничего более завораживающего, чем то, как она скользит руками по бедрам и вверх по грудной клетке, задирая блузку. Она безжалостно дразнит меня, в то время как я сижу, откинувшись на спинку кресла, джинсы расстегнуты, из ширинки выпирает яростный стояк.

В мучительно медленном ритме она снимает с себя каждый клочок ткани, ее тело плавно движется в грациозном танце, словно рябь на воде. В течение нескольких минут я позволяю ей дразнить меня, мучить меня. Пусть получит удовольствие.

Черт возьми, у нее это хорошо получается.

Мои пальцы сжимают руки мертвой хваткой, и я представляю, как провожу языком по каждому дюйму ее обнаженной кожи. К тому времени, как ее танец заканчивается, мой рот жаждет ее вкуса.

Я чертовски голоден.

Прежде чем она осознает, что я покинул кресло, она сбита с ног.

Приземлившись на матрас с мягким подпрыгиванием, она манит меня пальцем, пока я одним движением стягиваю с себя джинсы и боксеры.

— Иди сюда. — От ее хриплого голоса кровь приливает к моему паху, и она откидывает голову назад, обнажая горло.

Опираясь на локти и широко раздвинув бедра, она открывает мне вид, которого я не удостоился вчера во время нашего бешеного траха на диване.

Чертовски сексуально.

Но…

— О, нет. — Я нарочито медленно двигаюсь вокруг кровати. Схватив ремень, я веду им по ней — от ее бедер, по упругому животу и между грудей. — Боюсь, это не так работает.

Неужели она думала, что если я позволил ей подразнить меня стриптизом, то это значит, что теперь она контролирует ситуацию? Это было все для меня.

— Правда, Пчелка. Ты научишься. — Я сильно сжимаю сосок между пальцами.

У нее перехватывает дыхание. По коже бегут мурашки. И в этот момент власть переходит обратно.

Все ее тело вздрагивает, когда я шепчу:

— Руки за голову.

Если бы я был лучше подготовлен, у меня был бы запас наручников, стяжек, паддлов, игрушек, которые держали бы ее в напряжении, пока она не взмолилась бы об освобождении. Но пока я снова обматываю ремень вокруг ее запястий и прикрепляю его к нижней части изголовья.

Она дергает за ремень, а затем возвращает свое внимание ко мне, еще шире раздвигая ноги.

Черт, да. Пришло время утолить голод.

Я начинаю с ее шеи, наслаждаясь нежной кожей над точкой пульса, затем провожу языком по изгибу ключицы и спускаюсь к этой соблазнительной груди.

И, черт возьми, как она произносит мое имя, когда я кусаю, облизываю и посасываю ее соски, пока они не превращаются в твердые розовые камешки.

Наконец, я спускаюсь ниже, где, не торопясь вдыхаю ее запах и поглаживаю внутреннюю поверхность ее бедер своей щетиной. Нет ничего лучше аромата женского возбуждения, а этот — афродизиак, созданный специально для меня.

— Да. — Она извивается подо мной, приподнимая бедра в поисках моего рта. — Пожалуйста.

— М-м-м, нет. Не думаю, что ты уже готова. — Я отстраняюсь.

Она готова, но я не могу удержаться, чтобы не подразнить ее, когда она связана и беспомощна, как сейчас. Если она готова дать мне такой контроль, то будь я проклят, если не сделаю так, чтобы каждая секунда стоила того.

Ее крик — это чистое разочарование. Это посылает толчок в мой пах.

— Айзек, черт возьми.

— Ш-ш-ш. — У меня вырывается мрачный смешок; я точно отшлепаю ее за это.

Пока Эверли извивается, я стягиваю свою футболку и скручиваю ее. Она вполне сгодится для моих целей.