«Не дай бог вдруг оказаться внутри, брр, выйти уже неоткуда», — почему-то мелькнула мысль у Сильвы.
Этого дня все ждали давно. Люди устали от проблем, неустроенности и страха быть погребенными под развалинами. Она помнила, как переживали все те, кому некуда идти, но в то же время надеялись, что администрация города выделит им квартиры.
— Ночной дождь оказался последним для пятиэтажки, — проронил кто-то из мужчин.
— Слава богу, что всё случилось днем, иначе все бы пострадали, — говорили соседи.
— Пришли из мэрии, обещали прислать машину и перевезти нас в общежитие, — с надеждой в голосе, сказал кто-то из стариков.
Сильва с мужем недолго постояли у развалин. Супруги немного поговорили с соседями и решили, что у бывшего дома им делать нечего, а у свекрови их ждут гости и потому вернулись к имениннице, чтобы продолжить торжество. В предвкушении радостных, столь долгожданных перемен, они напились, заснули поздно и проснулись после полудня.
У замужней дамы болела голова, но не только от выпитого накануне спиртного. Её никак не покидало чувство вины.
Высокая, крупная кареглазая светловолосая Сильва — подвижная и решительная по натуре, казалась полной противоположностью подруги — изящной и тихой Соне.
Превозмогая головную боль, не забывая о своих обязанностях, невестка неторопливо занялась уборкой дома. Потом накрыла на стол — то ли поздний завтрак, то ли ранний обед. Голова гудела и Сильва никак не могла вспомнить что-то важное, махнула рукой и стала думать о приятном, давно ожидаемом событии.
Семья позавтракала. Невестка приготовила кофе себе и домочадцам, выпила крепкий напиток, немного взбодрилась.
«Наконец, избавимся от рухляди и угрозы обрушения — девчонки с одного подъезда, получим новые квартиры и, возможно, будем жить в разных концах города, ходить друг к другу в гости, радоваться жизни, — убирая со стола, рассуждала невестка. — Сона! Вот причина моего беспокойства, я совсем забыла о своей подружке. Вчера возле дома, среди соседей я ее не видела. Неужели она осталась там, под большой кучей мусора? Она могла зачитаться и уснуть».
Внутри от таких мыслей всё похолодело. Сильва села на стул и беспомощно заморгала. На глаза набежали слёзы. Схватила телефон, и быстро набрала номер подружки. Сона не отвечала, в трубке слышались протяжные гудки.
«Сона всегда носит телефон с собой. Что случилось? Где она? — встревожилась Сильва».
В памяти всплыл развалившийся дом — груда мусора из камней и битого стекла, покосившиеся рамы. Озноб пронесся по всему телу.
Тогда она решила, что ей нужно немедленно поехать к завалам, и быстро оделась.
— Ты куда собралась? — удивился муж.
— Сона не отвечает на звонки, может, с ней что-то случилось.
— Больше некому позаботиться о ней?
— У нее никого нет.
Действительно, Сильва была единственным близким человеком для одинокой девушки. Девочки выросли в одном подъезде, ходили в ту же школу и после смерти мамы Сона общалась только с ней. Лидер с детства и по характеру, Сильва всегда опекала малышку. Разница в возрасте — старше на год, и крупная фигура служили основанием таких отношений, так что Сона иногда в шутку называла ее старшей сестричкой.
Сильва стояла перед рухнувшим домом, и упорно звонила Соне.
Возле нагромождения мусора стояли крепкие парни с собакой, она подошла к ним:
— Моя соседка и подруга не отвечает на звонки, ее никто не видел.
— Мы еще вчера с собакой ходили по развалинам и сегодня тоже, — сказал спасатель и уверенно добавил. — Там нет никого.
— Но она не могла уйти, у нее никого нет, ей просто некуда идти, — растерянно, в отчаянии бормотала Сильва. — Она бы мне сообщила.
— На каком этаже она проживала?
— На пятом, крайний подъезд, — женщина указала рукой.
— Что ж, это облегчает задачу, проверим еще раз, возможно, мы что-то пропустили, может, найдем ее живой — электричество отключили, пожара нет.
Двое парней с собакой стали подниматься по камням.
— А вы ей звоните, они найдут ее по звонку, — подсказал спасатель, который стоял рядом с ней и наблюдал за действиями товарищей.
Время текло медленно, ожидание затянулось, Сильва отошла от развалин в сторону скамеек, которые поставил один из умельцев, чтобы жильцы, напуганные очередным ‘кряхтением’ дома, могли сидеть в ожидании комиссии.
Сильва снова и снова звонила Соне, напряженно всматривалась туда, куда ушли ребята, пытаясь понять добросовестно ли они ищут ее подружку.
На скамейке сидел старик и тоже наблюдал за действиями спасателей, и глубокомысленно изрек:
— ‘Свою хозяин забрал, ничейную — волк’.
Ожидание оправдалось — спасатель на куче, оставшейся после падения здания, поднял руку вверх, он держал сумку. Затем послышался лай собаки и второй парень сделал знак рукой, чтобы им помогли с носилками.
Кто-то уже вызвал скорую помощь, которая приехала раньше, чем ребята смогли перенести пострадавшую вниз.
Ослабевшую девушку извлекли из-под обломков крыши, спустили в бессознательном состоянии и поместили в машину скорой помощи. Сильва взяла у спасателя дамскую сумочку, села в такси и поехала следом.
