Гэвианет согласно буркнула, что, дескать спит, но сон не шел. Она прислушивалась к шуму города, доносящемуся из-за неплотно прикрытого окна. По дороге грохотали повозки, кричали животные, громко переговаривались люди. Видимо, постояльцев в гостинице прибавится… А еще регулярно перекрикивались стражи, что поначалу ее пугало, а потом стало способом высчитывать время. Один патруль — равный промежуток времени — второй патруль и так далее. Девушка прислушивалась к шагам постояльцев по лестнице. Тихие шаги — служанки-работницы. Тяжелые шаги со стуком каблуков — хозяин заведения или толстый постоялец. Цоканье тонких каблучков — вероятно, местные женщины. Она видела какое-то непонятное устройство на ногах одной дамы. Мельком, правда, но вот сообразить, зачем нужен тонкий каблук, на который и не обопрешься толком, гааш не сумела.
Приоткрыв глаза, Гэвианет немного переместилась так, чтобы видеть окно. Плотная, почти осязаемая темнота за ним ее сильно смущала. На родине ночью было достаточно светло благодаря двум лунам и огромной планете-гиганту Тамосу. Он светил почти каждый день, а его затмения отмечались как великие праздники. Здесь же звезды можно было увидеть только с улицы, а никак не через маленькое окошко с замусоленным стеклом.
Гаросу было элементарно лень вникать во всякие глупости, и он лишь покрепче укутался в одеяло. На него сон наоборот наткнулся резко, погружая в мутные видения…
Пробуждение случилось когда колыхнулся охранный контур. Он резко сел на постели, озирая всю комнатушку, но в следующий миг успокоенно вздохнул. Снаружи кто-то грязно выругался, явно застряв отмычкой в заколдованном замке.
Вот же ворюги! Отрывисто цыкнув клыком, шаман замкнул контур так, что пальцы вора намертво прилипли к отмычке. Оставалось лишь подняться, оказаться перед дверью и, щелкнув замком, резко дернуть ее на себя, практически затаскивая внутрь нечто мелкое, плюгавое и условно мужского роду…
Настроение плохое еще с вечера, сейчас стало столь паршивым, что вора захотелось незатейливо выкинуть через закрытое окно…
— Что там? — Гэвианет приподняла голову, с трудом понимая, что только-только наконец-то отключилась и вот, пожалуйста.
Она сползла на пол, разглядывая смутный контур человеческого тела, плохо видимый в темноте. Гааш потянулась и достала со стола лампу, потушенную на время сна. Маленькие камешки, которыми местные зажигали огонь, тихонько щелкнули, искорка упала на фитиль, и в комнате наконец-то стало светло. Сонно дернулся Самри, недовольный светом. Гэвианет с удивлением смотрела на застывшего столбом человека со странной палочкой в руке.
— Он нас обворовать хотел, — спокойно объяснил Гарос. — То есть, забрать наши вещи и деньги, — более понятно пояснил он и, отойдя от замершего вора, принялся копаться в своих вещах, из которых с улыбкой вытащил небольшой пузырек. Содержимое сего пузырька он и влил в рот ворюге. Простейший дурман — зелье правды. Допрашивать, конечно, не хотелось, но хотелось бы знать, какого хрена кто-то решил ограбить орка!
— Зачем? — Гэвианет обошла обмякшего мужика, неведомым образом удерживающегося на ногах. Выглядел он не слишком презентабельно — потемневшая щетина на лице, взлохмаченная шерсть на голове, одет в потертую куртку, такую же затасканную рубашку, штаны и видавшие виды сапоги. Гааш с любопытством вытащила неведомую палочку из его руки. И с помощью этой проволоки он хотел утащить все их вещи? Или же все намного произаичнее. Немного проснувшись, она поняла, что замки в этом мире тоже несовершенны. И открываются не прикладыванием ладони, а большими железными ключами, один из которых сейчас лежал на столе. Получается, что человек всего лишь хотел войти в комнату. — Гарос, у тебя нет ничего ценного. Хозяину ты заплатил мелкими монетами, жемчуг не показывал. Весь товар остался в караване. Значит, он хотел посмотреть на нас.
— Ментальной защиты нет, а значит это не соглядатай. Даже амулет один, и тот для того, чтобы раны заживали быстрее, — хмыкнул орк и громко щелкнул вторженца по лбу костяшками пальцев. Тот пришел в себя рывком, словно ото сна. Глаза напугано заметались по сторонам.
— Кто ты? — Гарос с тоской подумал о том, что вести допрос так, как мог его бывший сокурсник-вампир ему просто не дано.
— Витольд Кочерыжка.
— Вор?
— Да.
— Что ты забыл у моих дверей?
— Заказ, — вор мелко затрясся — зелье полностью раздавило его волю, но долго допрос продлится не может.
— Какой заказ и кто заказчик?
— Мммм… — вор задергался и его рыскающий взгляд остановился на Самри. Тот даже не пытался спрятаться. — Приказ… Посмотреть на тварей, которые явились с орком-шаманом…
— Это весь приказ? Что еще?
— Достать кровь и кусок плоти… — больше спросить было уже нельзя. Вора скрючило, и он осел на пол неряшливой кучей. Теперь, когда он очнется — последний день просто исчезнет из его памяти.
