— Наверное, нам не стоило его тревожить, — Гэвианет послушно тащилась за орком, чувствуя себя усталой и задерганной. Даже более чем сытный обед ее не слишком радовал. Город казался слишком шумным, слишком многолюдным и каким-то… неправильным. Все ее существо вопило о неправильности, несуразности происходящего. Вроде как разумные существа, а ведут себя хуже маленьких детей. Слишком жестоки, слишком открыты, плохо воспитаны. Сиюминутные желания местных жителей стояли для них выше, чем общественное благо и покой. Да тот же шум… никто не мешал торговцам сделать вывески и подписать свой товар, но они предпочитали кричать, шуметь, вопить в уши покупателям и всячески нарушать личное пространство друг друга. Это казалось слишком грубым для гааш, которые привыкли уважать желание или нежелание общаться и пересекать личные границы.
========== Глава 20 ==========
К городскому озеру они вышли довольно быстро. Место оказалось весьма неплохим. Что больше всего радовало шамана, так это то, что здесь было не так много народа. В самом деле, учитывая, что с ним шли целых два водяных чуда, свидетели им точно не нужны.
Озеро было небольшим, мелким, с камышами на берегу с одной стороны и обустроенными рыболовами гатками с другой. На одной из таких гаток сидел рыбак с удочкой, видимо, не удовлетворившись пойманным в сети.
— Здесь можно купаться? — Гэвианет рассматривала гладкую озерную поверхность. Как-то она сомневалась, что местные не будут подглядывать, поэтому сняла вещи довольно неохотно. Впрочем, вода так сильно манила и обещала прохладу, что она быстро нырнула и поплыла, наслаждаясь относительной свободой.
Рядом в воду нырнул Самри и взялся радостно плескаться, попутно выловил рыбину, но как ни странно, не съел, а выбросил на берег орку.
— У меня нет жемчуга, — пояснил парень. — Но я могу ловить рыбу. Будет неплохо, если бы ты ее запек.
— Но Гарос говорил, что ловит рыбу и птицу только для еды! — выкрикнула принцесса, припоминая наставления орка. Да и ловля рыбы просто так… жемчуг был самым простым, что гааш могли бы ей дать.
— То, что можешь ловить — хорошо, но сейчас этого можно было и не делать, — орк печально посмотрел на дергающуюся рыбину. А затем осторожно поднял, тяжко вздохнул и прикончил ту, резко сдавив жабры. Ибо с повреждениями от поимки плавать ей было бы уже не долго. — Мы ловим только то, что едим, и убиваем только то, что пытается убить нас, — процитировал он. — Это будет наш ужин. Сырую лучше не есть — чревные черви заведутся…
— Я бы мог съесть и сырую, — Самри пожал плечами и вылез из воды.
— Ты там случайно не робот? — Гэвианет решила еще поплескаться, но уже ближе к берегу. — Жрешь все, что плохо лежит, ничего тебе не делается, ни жемчуга у тебя нет, ни расстройства живота… Я начинаю подозревать невиданный технический прогресс.
— Нет. Я… некоторое время приучал себя питаться другой пищей, — гааш выбрался на берег и вольготно разлегся на траве отдыхать. Больше ничего говорить он не собирался, просто прикрыл глаза и сделал вид, что заснул.
Принцесса взяла себе на заметку — этот гад готовился к бегству, заранее знал, на какую планету его занесет и каким-то образом приучил себя к местной еде. Но как именно — это уже загадка.
— Сырую и я могу съесть, но головой думать нужно, пруд грязноват в сравнении с лесным, зараза всякая пристать может, — спокойно предупредил орк, решив, что теперь-то ясно, с чего этот тип настолько всеядный. — В этом месте плавают все кому не лень, и животные тоже. И да, Самри, в живых лесных озерах стоит перед охотой просить разрешения у русалок. За неотметавшую икру рыбину тебе и пару щупалец открутить могут, — объяснил он. Находиться рядом с этими гааш было странно…
— Это те самые девицы, которые меня из лесного озера выкинули? — Самри усмехнулся, словно бы ему ничего не грозило. — Да бросьте, это всего лишь рыба. — Он перевернулся на живот и взглянул на орка, рассматривая темную фигуру в последних отблесках заходящего солнца. — Мой народ слишком праведный, как мне кажется. Пекутся обо всякой ерунде, забывая главное. Нужно быть сильным и выживать. Вы и так от рождения сильны, вы живете в подходящих условиях. А наша планета нас разбаловала. Вот и переживают тут всякие…
Рядом с его головой упал камень. Гэвианет вышла из воды, вытащив второй такой же булыжничек.
— Наш народ страдает из-за таких, как ты. Ты — всего лишь один из миллиардов гааш, разбросанных по галактике. Твоя смерть ничего не значит во вселенной, как и смерть это рыбины. Гарос слишком добрый, печется и заботится о тебе, — она занесла камень над его головой. И судя по выражению ее лица, то готова была вот-вот обрушить его на сородича. — Я тоже должна быть сильной и выживать. И только потому, что хочу вернуться домой, я… не сброшу этот камень на твою голову, — принцесса швырнула булыжник так, что тот задел ухо Самри, но не убил.
— Да ты с ума сошла! Гарос, она бешеная! — Самри подскочил на месте, потирая раненое ухо. По его пальцам потекла прозрачная струйка крови.
