— Наверное да, просто ты и правда готова сидеть с этим обалдуем в одной комнате? Что плохого проехаться в городской карете, посмотреть на местные красоты? Вчера ты и половины не видела, — слегка пожал плечами мужчина, протирая волосы полотенцем так, чтобы как можно лучше выжать из них воду. Мокрые они слишком сильно липли к телу, а нужно было еще одеть черную хлопковую рубашку с вышитыми драконами и остальное…
— Ну хорошо. Я пойду с тобой, только… давай ты не будешь говорить королю, что я существо из другого мира? Просто я не готова к расшаркиваниям при королевском дворе. У меня нет подарков, нечего ему предъявить, кроме самой себя, да и не похожа я сейчас на официального представителя своего народа… — принцесса как-то скуксилась, объяснять это все было стыдно.
— Ну твой случай не так ужасен, как мой. Так что ты легко можешь просто быть странной водяничкой. Во дворце полно магов, о том, кто ты такая, они узнают сразу. Но это убережет тебя от официальных притязаний алхимиков, — ухмыльнулся орк, наконец приводя себя в порядок. На улице было жарко и расчесанные, но влажные волосы высохнут быстро.
Уже собирая просительниц к королю, орк выцепил для принцессы тоненькое отчаянно девчачье платье из щёлка, какие носили, бегая по городу, малолетние эльфийки. Платье было синим с белыми волнами и, в отличие от того заношенного сарафана, к визиту во дворец вполне годилось.
На этот раз шли к королевскому дворцу довольно долго. Столица была действительно большим городом и, не смотря на свою внешнюю примитивность, все же развивалась и разрасталась вдоль полноводной реки. И если на окраинах ее улицы были узкими и там едва можно было проехать на повозке, то чем ближе к центру и, соответственно, ко дворцу, тем шире становились улицы. Появились парки, огороженные высокими заборами дорогие дома, красивые аллеи с фонарями.
У высокой, но изящной и ажурной дворцовой ограды стоял целый ряд самодвижных карет. Гарос не без усмешки узнал в одной из них ту самую черную, лакированную и до не приличия роскошную, в которой их подвозил Фэй. На дверце блеснула золотистая подвеска, и Гарос сам не заметил, как подошел ближе, чтобы ее рассмотреть.
— Гэв, смотри, это давняя разработка для того, чтобы вызвать хозяина экипажа в случае какой-то весомой проблемы или срочности, — объяснил он и, осмотрев дюжину просительниц, хмыкнул.
Дворцовая охрана пусть и отнеслась к ним с подозрением, но к королю согласились провести без проблем, лишь обыскав на оружие. Оружия, естественно, не оказалось.
Внутреннее убранство дворца поражало. Гэвианет вертела головой во все стороны, рассматривая начищенный до блеска паркет, вычурные перила на лестницах, чистейшие без единой соринки ковры, покрывающие эти лестницы. На стенах висело множество картин — портреты предков короля и прочих политических деятелей, а так же многочисленной дальней и ближней родни. Периодически портреты перемежались картинами с изображением битв и каких-то значимых для королевского рода пейзажей. Гэвианет поражалась обилию золота и украшений во дворце. Люди зачем-то не только превратили все стены в картинную галерею, но еще и украсили все, что можно и чего нельзя. Это выглядело до того нелепо и неправильно и настолько отличалось от привычного ей дворца дома, что принцесса слегка растерялась.
— Аляповато, правда? — с легкой полуулыбкой осведомился у принцессы Гарос. Остальные девицы явно от этой нелепой роскоши были в восторженном ступоре.
Тронный зал был вытянутым, словно для очередей из просителей. К трону вела длинная красная дорожка с золотыми ткаными узорами.
С того времени, когда Гарос здесь был в последний раз, этот новый король здорово раздался в талии и прятал под тщательно ухоженной лопатообразной бородой третий по счету подбородок. В волосах же его обильно пестрела седина, хотя Гарос знал точно, что этот человек моложе его самого на десять лет.
Тот, впрочем, тоже заметил, что несмотря на седину Гарос все тот же, что и двадцать лет назад в первый день в столице.
— Значит слухи на этот раз говорят правду? — вальяжно развалившись на троне вопросил король.
— Смотря какие слухи, — вежливо, но едко ответил шаман. Стражники и придворные зароптали.
— Главарь разбойничьей лайки Зальтраг.
— Да, конечно, вот, — Гарос с самым спокойным видом извлек из сумки оттаявшую за время пути к замку голову. Какая-то барышня картинно рухнула в обморок. Но все были настолько шокированы видом, что ее никто не поймал, она ушиблась о пол и грязно выругалась, что в тишине было слышно просто прекрасно.
— Кхем… — король, осмотрев доказательство, явно не обрадовался. — Что же, подлинность истинная, вас проведут к моему агенту — он заплатит пятьдесят золотых…
