Неоконченные сказания полностью

Эркенбранд сам не сразу отправился на поле боя. Все смешалось. В спешке он не узнал, какими силами располагает; не мог он также оценить и потери, понесенные войсками Тéодреда. Он справедливо рассудил, что нашествие неизбежно, но решил, что Саруман не осмелится пройти на восток и напасть на Эдорас, оставив непокоренной крепость Горнбург, если та будет укреплена и хорошо подготовлена. Этим, а также сбором всех людей, которых он мог собрать, он был занят три дня. Полевое командование он передал Гримболду, пока не вернется сам; но командования над Эльфхельмом и его Всадниками, принадлежавшими к Призыву Эдораса, тот не принял. Однако эти два военачальника были друзьями, и оба были верными и мудрыми людьми, и между ними не возникало трений; если же решения их расходились, то принималось среднее между ними. Эльфхельм считал, что важны теперь не Броды, а ловушки и засады повсюду, поскольку Саруман вполне может отправить свои войска вниз по обоим берегам Изена, сообразно своей цели; а ближайшей его целью наверняка будет овладеть Вестфолдом и захватить Горнбург прежде, чем из Эдораса сможет придти действенная помощь. Саруманово войско или большая его часть будет спускаться по восточному берегу Изена; потому что, хотя бездорожье этих земель и замедлит продвижение войска, им в этом случае не придется прорываться через Броды. Поэтому Эльфхельм советовал Броды оставить; всю пехоту собрать на восточном берегу и расставить так, чтобы задержать врага: длинной линией вдоль подъема с запада на восток в нескольких милях к северу от Бродов; а кавалерию увести на восток – туда, откуда в момент, когда наступающий враг столкнется с обороной, можно будет с величайшей силой ударить ему во фланг и сбросить его в реку.

– Пусть Изен станет западнёй для них, а не для нас!

Гримболд же, напротив, не хотел бросать Броды. Отчасти это было в духе традиций Вестфолда, в которых были воспитаны и он, и Эркенбранд; но это не было лишено и смысла. «Мы не знаем», – говорил он, – «какие еще силы есть у Сарумана. Но если он действительно собирается захватить Вестфолд, загнать его защитников в Хельмову Падь и удерживать там, то сил у него должно быть очень много. Как только он догадается или разузнает, как мы выставили нашу оборону, он наверняка вышлет большое войско полным ходом по Изенгардской дороге и, переправившись по неохраняемым Бродам, ударит нам в тыл, пока все мы будем на севере».

В конце концов Гримболд защитил западный берег Бродов основной частью своих пехотинцев; они прочно закрепились в земляных редутах, охранявших подступы к реке. Сам он с остальными своими людьми, включая и тех, что остались ему от кавалерии Тéодреда, встал на восточном берегу. Островок он оставил без защиты[296]. Эльфхельм же увел своих Всадников и занял позиции на том рубеже, где хотел поставить основную линию обороны; целью его было упредить любую атаку к востоку от реки и разбить нападающих до того, как они доберутся до Бродов.

Все оказалось тщетно; и, скорее всего, оказалось бы тщетно в любом случае: силы Сарумана были слишком велики. Он начал наступление днем, и утром 2 марта мощная армия его лучших воинов по Изенгардскому Тракту атаковала редуты к западу от Бродов. Это войско было лишь малой частью тех сил, которые Саруман держал в своих руках, не большей, чем было нужно, чтобы преодолеть ослабленную оборону. Но гарнизон Бродов упорно сопротивлялся, несмотря на огромное численное превосходство противника. Наконец, пока оба редута вели тяжелые сражения, войско уруков пробило себе проход между ними и начало переправляться через Броды. Гримболд, видя, что Эльфхельм удерживает наступление врага на восточном берегу, ударил по урукам всей силой и отбросил их – на время. Тогда вражеский полководец бросил в бой батальон, еще не вступавший в сражение, и прорвал оборону. Гримболду пришлось отступать вдоль Изена. День уже клонился к закату. Гримболд нес большие потери, но еще большие потери наносил врагу – преимущественно оркам – и пока еще прочно удерживал восточный берег. Враги не пытались переправиться по Бродам и пробиться вверх по крутому берегу, чтобы сбросить его оттуда; покамест не пытались.

Эльфхельм не смог принять участия в этом сражении. В сумерках он снял свои отряды и отошел к лагерю Гримболда, выставив своих людей небольшими группами на некотором расстоянии от лагеря, чтобы прикрыть его от нападений с севера и с востока. С юга дурного не ждали и надеялись на подмогу. После отступления через Броды сразу же были посланы гонцы к Эркенбранду и в Эдорас с просьбой о помощи. Опасаясь и даже зная наверняка, что вскоре на них обрушится еще большая сила зла, если только помощь, на которую уже не надеялись, не подоспеет быстро, защитники приготовились сделать все возможное, чтобы задержать наступление Сарумана прежде, чем будут окончательно разгромлены[297]. Большинство их стояло во всеоружии, и лишь немногие пытались хоть немного отдохнуть и подремать. Гримболд и Эльфхельм не спали, ожидая рассвета и со страхом думая, что же он принесет.