Но за время Бдительного Мира (с 2063 по 2460 гг.) население Каленардона уменьшилось: самые отважные год за годом уходили на восток охранять Андуинский рубеж; остававшиеся становились все более невежественными и далекими от дел Минаса Тирит. Гарнизоны обеих крепостей не пополнялись и были предоставлены заботам местных наследственных старшин, подчиненные которых становились все более и более смешанной крови. Ибо дунлендинги настойчиво исподволь просачивались за Изен. Так и было, когда нападения на Гондор с Востока возобновились и орки с истерлингами, заняв Каленардон, осадили крепости, которые не могли продержаться долго. Тогда явились рохирримы, и после победы Эорла на Поле Келебранта {Celebrant} в 2510 году его многочисленный и воинственный народ с огромным количеством коней пронесся по Каленардону, изгоняя или истребляя восточных захватчиков. Кирион Наместник отдал им во владение Каленардон, который с тех пор назывался Риддермарк, а в Гондоре – Роханд, позже – Рохан. Рохирримы сразу начали селиться в этой стране, хотя во время правления Эорла восточная их граница вдоль Эмина Муйл и Андуина еще подвергалась нападениям. Но при Брего и Алдоре дунлендинги снова были подняты и изгнаны за Изен, а Изенские Броды взяты под стражу. Этим рохирримы заслужили ненависть дунлендингов, которую те сохранили до возвращения Короля, тогда еще очень далекого. Стоило рохирримам ослабнуть или отвлечься на другие заботы, как дунлендинги возобновляли свои атаки.
Не было такого союза народов, которому с обеих сторон хранилась бы большая верность, чем союзу Гондора и Рохана под Клятвой Кириона {Cirion} и Эорла; и для широких травянистых равнин Рохана не было стражей лучше, чем Всадники Марки. И все же в этой ситуации было слабое место, и оно отчетливо проявилось в дни Войны Кольца, когда из-за того чуть было не погибли Рохан и Гондор. Виною тому много причин. Прежде всего, Гондор всегда смотрел на восток, откуда происходили все его беды; враждебности «диких» дунлендингов Наместники не придавали большого значения. Другая причина была в том, что Наместники сохранили управление Башней Ортанка {Orthanc} и Кольцом Изенгарда (Ангреноста); ключи от Ортанка были увезены в Минас Тирит, Башню закрыли, а Изенгардское Кольцо остался охранять потомственный гондорский старшина и немного людей, к которым присоединили старинную наследственную стражу Агларонда. Агларонд с помощью гондорских каменщиков подправили и передали Рохирриму[316]. Оттуда снабжались стражи Бродов. Постоянные их жилища стояли в основном у подножий Белых Гор и в долинах и ущельях к югу. К северным границам Вестфолда стражи ходили нечасто и только по необходимости, побаиваясь опушек Фангорна, Энтского леса, и грозных стен Изенгарда. С «Владыкой Изенгарда» и его скрытными подданными они общались мало, считая их чернокнижниками. А гонцы из Минаса Тирит приходили в Изенгард все реже, пока не перестали вовсе; казалось, в своих заботах Наместники забыли Башню, хотя и продолжали хранить у себя ключи.
По положению же своему Изенгард довлел над всей западной границей и Изенским рубежом, и Короли Гондора прекрасно понимали это. От своих истоков Изен протекал вдоль восточной стены Кольца, и в своем пути на юг он был еще мелкой речкой, не представлявшей большого препятствия для захватчиков, хотя воды ее и были очень быстры и необычайно холодны. Большие же Врата Ангреноста открывались на запад от Изена, и если крепость была хорошо подготовлена, то враги с запада должны были обладать огромной силой, чтобы осмелиться прорваться в Вестфолд. Кроме того, Ангреност был менее, чем вполовину ближе к Бродам, чем Агларонд, к которому от Врат шла широкая конная дорога, большей частью по насыпи над уровнем земли. Ужас, вселяемый древней Башней, и страх сумраков Фангорна, стоявшего за ней, мог защитить ее на время, но если она была не укреплена и заброшена, как это было в поздние дни Наместников, то этой защиты не хватило бы надолго.
