Салех протянул ему контейнер.
Он видел, как на гогглах Элиаса заплясали цифры. Мальчик кивнул, и люди вокруг опустили оружие.
– Бомба настоящая, – сказал Элиас. – Это и впрямь находка.
– Я же говорил, – вызывающе ответил Салех.
– Ты говоришь от имени своего племени? – сказал Элиас.
– Я говорю от своего имени.
– А Абу-Ала? Что думают остальные?
Салех опустил голову.
– Это мое. Это все, что у меня осталось. Позже от племени кто-нибудь да явится.
– Что хочешь за нее?
– Много чего, – в отчаянии сказал Салех. – Этот артефакт принадлежит Террорарту, и он бесценен.
– Так и есть. – Элиас повертел в руках контейнер.
Салех знал, что она легче, чем кажется.
– Тебе нужны деньги? Зачем? – спросил Элиас.
– Здесь меня больше ничто не держит, и я хочу убраться отсюда подальше. Подальше. Знаешь… – Его взгляд остановился. – Есть место под названием Центральная станция. Она по ту сторону моря, а дальше – пустыня. Говорят, там можно найти все что угодно. Улететь с Земли там так же просто, как купить лодку. Вот чего бы я хотел. Я бы хотел улететь. Подняться к Орбитальным вратам. А потом…
– На Луну отправиться? На Марс? – Элиас осекся. – Ты не можешь убежать, – как можно мягче продолжил он. – Даже в космосе ты все равно останешься самим собой. Одиночество усилится, и ты даже представить себе не сможешь насколько.
– Может, ты и прав, – сказал Салех. – Но я должен попробовать.
– Мне жаль. – Элиас покачал головой. – Вещица-то и правда редкая. Сомнений нет. Но это всего лишь контейнер. Пусть и от настоящей бомбы. Даже если бы ты отыскал коллекционера… До Марса ты не доберешься. Денег едва ли в один конец хватит. Мы купили бы у тебя твою бомбу. Но мы не коллекционеры и предпочитаем оптовый товар. Я не могу дать тебе то, что ты хочешь, и даже если ты каким-то образом сможешь продать ее, то цена будет не той, на которую рассчитываешь.
Надежда погасла в глазах Салеха.
– Мой отец, мой дед, мой дядя и братья… Они все… Все зря.
– Не совсем.
Салех уже не различал слов. Он уставился на контейнер. Так много жизней. И так много людей горят там, так много людей стали жертвами – частью работы безумного художника, наслаждающегося разрушением и смертью.
Салех мог бы вернуться. Найти Абу-Ала, идя вдоль побережья до Шарма.
Он понимал, что не хочет этого. Он никогда не хотел так жить, даже до того, как всю его семью убили. Копаться в хламе, в разрушающемся, гниющем, бесконечном лабиринте китчевой архитектуры на Призрачном побережье. Жениться, завести семью, чтобы однажды у него родился сын и чтобы однажды его имя перешло по наследству вместе с именем племени.
Салех понял, что хочет увидеть Аль-Имтидад. Хочет увидеть сверкающие подводные города Дрейфа. Хочет полюбоваться Землей со смотровых площадок Орбитальных врат. Хочет попасть на Луну. Хочет попасть на Марс.
Но вместо этого он был здесь.
«Я не могу и не хочу возвращаться», – подумал Салех. Он покачал головой и моргнул.
– Спасибо, – деловым тоном произнес он, взяв контейнер. – Я найду покупателя. Я пойду…
– Куда? – спокойно спросил Элиас.
Салех почувствовал себя загнанным в ловушку.
– Мне пора. Дорогу я знаю.
– Ты мог бы пойти с нами.
Салех посмотрел на Элиаса. Тот улыбался.
– Ты можешь нам пригодиться, – продолжил Элиас. – Лишние руки всегда нужны. – Он постучал по своим гогглам, в которых, как понял Салех, был встроен передатчик. – Кворум уже все решил. Если, конечно, ты захочешь.
– Куда вы направляетесь?
Элиас пожал плечами.
– Мы будем двигаться вдоль побережья. А потом, пока не наступило лето, повернем обратно. Возможно, заедем в Бахрейн.
– Где правит эмир Равновесия? – Салех мечтал побывать и там.
– Там есть антикварный рынок всяких цифровых и человеческих штучек. Так ты с нами?
– Я…
В очках Элиаса Салех увидел свое отражение: маленький испуганный человечек.
Элиас протянул ему руку. Салех почувствовал теплоту его ладони.
– Я с вами.
– Хорошо, – без лишних эмоций сказал Элиас. Вместе они поднялись с циновки. – Скажи мне, – улыбаясь, продолжил Элиас. – Ты когда-нибудь видел слонов?
Улыбнувшись в ответ, Салех отрицательно помотал головой.
– Тогда, позволь, я покажу тебе слонов. Они будут тебе рады.
Вместе, взявшись за руки, мальчишки покинули хан и побрели вглубь Караван-сарая, где в грязи играло целое стадо слонов.
Зеленый Караван-сарай медленно пересекал Синай, жители пустыни не могли не заметить его движения. Великие ханы перестраивались и приспосабливались к любой местности, которую пересекали, и Салех привык к их ритмичным роботизированным движениям.
Ему снились звезды, видимые даже с песчаных дюн, великое русло Млечного Пути, мелькающие, словно светлячки, космические корабли и сиявшие прямо над головой жилые станции на околоземной орбите.
В своих снах Салех был там – парящий и свободный.
Он жаждал свободы.
Хотя и не понимал, что это такое.
