Взамен они забрали беспилотник, римские монеты, византийский горшок, в котором недоставало лишь ручки. И эмбриотех Сидорова: длинный, яйцевидный, довольно увесистый предмет – ничем не привлекательная, теплая на ощупь тусклая вещица. Мальчики погрузили его на один из великих ханов, служивший для перевозки грузов.
Шакалы смотрели им вслед. Когда они начали выть на луну, Салех оглянулся. Быть может, шакалы тоже хотели попасть туда же, куда и он. Салех не знал, чего они хотят и о чем мечтают. Возможно, они рассказывали об этом друг другу, сидя ночью у костра.
Пока он смотрел, вебстер вышел из дома и остановился на своем странном маленьком крылечке, наблюдая за удаляющимися караванщиками. Он был совершенно одинок, и все же не казался одиноким. У него был странный дом, и шакалы, и этот островок травы. Это было похоже на сон, и, возможно, для вебстеров это была единственная мечта.
Затем Караван-сарай покинул маленькую долину, и дом с его обитателем исчезли из поля зрения Салеха, и снова перед ним лежала пустыня.
Спустя три дня после встречи с вебстером караван добрался до места, где песок был сплавлен в причудливое зеленое стекло, а крошечные роботы-змейки скользили тут и там, подобно головастикам, копошившимся в луже после дождя. Салех поднял одного. Этот робот был похож на ленточного червя, плоский как бумажный лист. Он отчаянно извивался в руках мальчика, пока тот не отпустил его.
– Что это за место? – спросил Салех.
– Здесь корабль упал, – улыбаясь, ответил Элиас. – Мне нравится сюда приходить.
– Какой корабль?
– Грузовой. Он разбился здесь во время последней войны. «Небеса Милосердия» назывался, летел с Марса на Землю. Врезался в кучу старых спутников на околоземной орбите. Говорят, было видно, как он летел, на комету похожий, пока не упал, да и шлейф от взрыва виднелся еще пару дней.
– Это ужасно, – сказал Салех. – Кто-нибудь выжил?
– Нет конечно, весь экипаж погиб. Но это было очень давно. Много лет никто не знал, где место крушения, но однажды в одной каирской кофейне появился вебстер с безумными глазами и рассказал историю о корабле, полном драгоценностей, тут, на Синае. Вскоре здесь появились всевозможные мусорщики, но, когда они добрались до корабля, там было пусто. Люди все еще ищут сокровище, которое, как предполагалось, должно было быть на борту. Но никто его так и не нашел.
– Что за сокровище? – спросил Салех. Он не мог не почувствовать легкого волнения при этом слове. Он подумал о пещерах и торчащих из сундуков драгоценных камнях…
Элиас пожал плечами:
– Никто не знает. Кто-то говорил, что это золото с Психеи-шестнадцать. Кто-то – что это запрещенное на Земле оружие хагиратех. Но все, что обнаружили мусорщики, когда добрались сюда, – это зеленое стекло, пустой корабль и этих ползучих тварей. Они были частью экосистемы корабля, роботами-уборщиками, единственными, кто выжил. Все думали, что они вымрут, но они довольно ловко приспособились к пустыне.
– А драгоценности?
– Никто не знает. Может, их и вовсе не было. Большая часть корабля была разрушена, но недалеко отсюда остались обломки. Хочешь взглянуть?
– Конечно! – воскликнул Салех. Это прозвучало забавно, а с забавами и весельем последнее время было негусто.
Они собрали кое-какие припасы, не забыв взять побольше воды, и отправились в путь по блестящему песку.
В небе появилась цапля. Почувствовав вибрацию шагов, роботы отползали в сторону. Кругом простиралась пустыня: вдали торчали лишь пара кустарников и одинокое финиковое дерево. На песке оставались следы. Стояла сильная жара. Лица Салеха и Элиаса прикрывали кеффии[11]. Шли ребята медленно, можно даже сказать вяло.
Прошло совсем немного времени, прежде чем Салех смог разглядеть оставленный ударом кратер.
Зрелище не самое впечатляющее, хотя когда-то, возможно, таковым и было. Сквозь брешь в корпусе внутрь корабля заползла пустыня, и песок залечил рану. В земле все еще оставалось углубление, а в центре поднималось что-то большое и металлическое, наполовину зарытое в землю, должно быть, это и были «Небеса Милосердия». Салех глубоко вздохнул. Ему казалось, что он чувствует запах чего-то металлического, холодного, примерно так, по его представлениям, должен пахнуть космос. Увидеть корабль для мальчика было сродни возможности увидеть вселенную.
Ему хотелось запомнить этот момент, он немного постоял один, прежде чем последовать за Элиасом вниз, в кратер.
– А это не опасно? – спросил Салех, но тут же понял, что спрашивать уже поздновато. Через пару секунд они оба стояли у корабля, который оказался больше, чем предполагал Салех. Наполовину погребенный в песок, он возвышался высоко над мальчиками и отбрасывал длинную тень. Здесь было прохладно и тихо.
– Думаю, нет, – ответил Элиас. – Мне нравится приезжать сюда. Здесь спокойно. Зайдем внутрь?
– Внутрь? – сказал Салех. – Шутишь?
– Нисколько. Тут сбоку огромная пробоина.
– Там… трупы и?..
– Нет, – ответил Элиас. – Ничего такого там нет. Даже маленькие роботы туда не суются.
– А что случилось с командой?
