— И я не знаю, смогу ли справиться с таким монстром ещё раз, — призналась я, — я даже толком не понимаю, как у меня получилось это в первый раз…
Я говорила шепотом, внимательно следя за охранником за рулем.
Лерка шумно вздохнула, откинулась головой на подголовник сидения.
— Надеюсь, — прошептала она, — ты приняла правильное решение.
— Да, — кивнула я, глядя на открывающиеся ворота, — я тоже…
В сопровождении двух внедорожников, мы выехали в ночь.
У меня учащалось сердцебиение. Казалось ошалевшее сердце в груди так гулко бьется о кости грудной клетки, что удары резонируют по телу и вибрируют внутри черепа.
Меня заметно колотило, я крепко сжала колени и впилась пальцами в руку Лерки.
Я опасалась, что сглупила, что совершила дичайшую глупость — не стоило уезжать.
Я бросила взгляд на водителя Майбаха. Может быть стоит сказать ему, что мы хотим вернутся.
Сиюминутный порыв почти физическим толчком, заставил меня придвинуться вперёд. Я была почти готова сказать, что мы передумали.
Лерка, молча, искоса и с тревогой следила за мной.
Впереди показались огни машин людей Гудзевича. Они во множестве стояли по обе стороны от дороги. Свет их фар бил по глазам, мешая рассмотреть, что происходит возле самих автомобилей.
Судорожно дыша, я заставила себя сесть и вжалась спиной в сидение.
Уверенности в правильности моего рискованного поступка, придали воспоминания о непонятной темной сущности, которая едва не разорвала меня на части и о делах Мирбаха с Датским.
Мы выехали из поселка. По тонированным стеклам Майбаха, словно ощупывая автомобиль, заскользили лучи света от стоящих по обе стороны внедорожников.
Все мое тело наполнялось крещендо гулких сердечных ударов. Упругое напряжение сжимало горло, стремительно тяжелело и крепло в груди, ворочалось в животе. Влажный жар скапливался под ладонями.
А на голове, под волосами, чувствовалась нервная щекотка.
Мы с Леркой были в нескольких метрах от опасности. От бандитов Гудзевича, нас Леркой отделяли лишь двери и восемь охранников Мирбаха.
Я слышала, как сбивчиво и часто задышала Лерка. Логинова то и дело беспокойно глядела по сторонам.
Присмотревшись, через слепящий свет фар, можно было увидеть угрюмые лица десятков мужчин. Они курили возле своих машин и провожали наш кортеж крайне недобрыми внимательными взглядами.
Но, к моему величайшему облегчению, нас никто не тронул.
Мы проехали эту импровизированную «заставу» и понеслись дальше. Дорога впереди была чиста и безопасна.
Логинова выдохнула лишь, когда мы отъехали на несколько сотен метров от элитного поселка.
— Давно у меня так поджилки не тряслись… — проговорила она.
Я слабо вымученно улыбнулась и проговорила:
— Вроде бы обошлось…
Но по, ставшей уже классической до банальности, схеме, это была преждевременная фраза.
Впереди внезапно показались предупреждающие ярко-оранжевые мигалки на черно-желтых барьерах со знаками дорожных работ.
А когда наш небольшой кортеж приблизился и остановился, мы с Леркой увидели небольшую группу рабочих в светоотражающих жилетах и касках, которые трудились на разбитой дороге.
— Да вы издеваетесь! — громко выразила свое возмущенная перенервничавшая Лерка. — Я думала самое худшее, когда они могут класть асфальт — это в дождь или снег. Но, нет! Сами себя переплюнули! Нашли время, чтоб их…
Один из рабочих подошел к водительскому окну стоящего перед нами «Крузака» и что-то объяснил в опустившееся стекло.
— Хрен мы теперь, куда удем! — выпалила напуганная и злая Лерка.
Я не слушала её. Мне тоже не нравилось такое неприятное и крайне несвоевременное обстоятельство.
А ещё сильно сомневалась в его случайности…
В частности, я только сейчас заметила, что на трассе, которая должна быть довольно оживленной даже ночью, нет других автомобилей, кроме наших.
— Лер… — тихо проговорила я.
— Чего? — настороженно спросила подруга.
— Спустись вниз на пол, слезь с сидения, — проговорила я, нервно сглотнув.
— Зачем? — не поняла Логинова.
— Лер, пожалуйста… — не глядя на подругу, попросила я её.
Я отыскала на панели между мной и Леркой кнопку переговорного устройства.
— Нужно уезжать! — без предисловий и обращений, быстро проговорила я.
Водитель обернулся, и взглянул на меня с изумленным непониманием.
— Зачем? — проговорил он в переговорное устройство.
Я хотела было ответить, но увидела, как впереди, один из рабочих, быстро пригнувшись, оббежал внедорожник с другой стороны и что-то метко забросил точно в просвет клиренса автомобиля.
С секундной задержкой я поняла, что сейчас будет.
— Сдавай назад!!! — в страхе проорала я.
Водитель вздрогнул, в растерянности посмотрел вперед и тот же миг, черный Лэндкрузер, с грохочущим ревом, подлетел вверх на вздымающемся столбе пламени.
Лера истошно и отчаянно заорала. Истеричный крик ужаса перемешивался у нее с потоком отборной брани.
Взрывной волной переднюю часть кузова Майбаха чуть приподняло на земле, но обратно автомобиль опустился так, что я и Лерка улетели вниз.
Я упала лицом и грудью на противоположное сидение салона. Логинова уже сжалась на полу, закрывая голову руками.
