В раз усилился ветер, снежный ураган с бурной метелью вырвались из дебрей леса. Стена вьющегося на воющем ветру снега, накрыла сразу троих бандитов.
Их отшвырнуло прочь, с силой ударило об асфальт. Я услышала их панические крики.
Снежная буря росла, крепчала и усиливалась. Выл ветер, вихри снега поднимались выше верхушек деревьев.
Зимнее ненастье восторженно и злорадно неистовствовало над дорогой.
Бандиты Гудзевича кричали, некоторые пробовали бежать. Но всех, на кого падал мой взгляд, тут же подхватывал бурный, одичавший зимний ветер и кружил в диком вихре.
Державший меня за волосы мужчина отлетел куда-то назад.
Левый, который ударил меня, сжавшись на асфальте, пытался натянуть на голову капюшон.
Я поднялась, он увидел это и взглянул на меня. Тут же его лицо перекосило от ужаса.
— Ты… ты… что ты такое?! — заорал в панике.
Я не успела ему ответить — налетевший бурный порыв ветра, буквально подхватил его и поднял куда-то ввысь.
Его крик потонул в шуме ветра, а самом исчез в бездонной беспросветной снежно-белой мгле.
Я быстро опустила взгляд и торопливо ринулась вперёд, нужно было найти Лерку.
Проходя мимо машины бандитов, я взглянула на ветровое стекло и остолбенела. Теперь я понимала, почему Левый так перепугался.
Из отражения на стекле, на меня смотрел тонкий девичий лик. Светлые волосы развевались на ветру, а вокруг хрупкой фигуры вилась широкая снежная спираль, с сияющими серебристыми проблесками. Снежный буран как будто оградил меня от всего мира, в попытки защитить.
Но самое главное — мои глаза… Они сияли ярким лазурно-белым светом.
Глядя сама на себя, в отражении, я шокировано отступила назад.
Что со мной такое?! Что происходит?! Почему… Почему я выгляжу, как… как чертова ведьма из другого мира?!
Я в страхе и смятении попятилась прочь от своего отражения. Я запнулась обо что-то и едва не упала. Это оказалось припорошенное снегом тело одного из бандитов. Он не двигался, не подавал признаков жизни и его тело спешно, щедро засыпало снегом.
Чуть дальше лежало ещё несколько таких снежных «холмов» из человеческих фигур.
Я ужаснулась, глядя на это устрашающее зрелище.
— Нет… — шепнула я и почувствовала слёзы на глазах. — Нет… Не надо… Нет… Хватит! Хватит! Перестань!!! Я не хочу!… Не надо!…
Я не знала, к кому именно сейчас обращалась. Кому слезно кричала эти слова. Разве что… самой зимней стихии. Её снегу, ветру и метели.
— Пожалуйста… — я отчаянно замотала головой. — Хватит… Хватит…
Наполняющее меня электризующее чувство стремительно таяло. Осознание того, что я натворила травило и жгло изнутри. Я не хотела смотреть на эти неподвижные тела, засыпанные снегом. Я не хотела думать, что я причастна к такому… Я ведь хотела не этого… я просто… всё должно было произойти не так…
Ветер стихал и снег оседал над сугробами. Вокруг белело повсеместное снежное царство: снег щедро облепил деревья, затушил огонь взорванных автомобилей и превратил их в огромные горы изо льда и снега.
Лёд… Он покрывал асфальт и поблескивал под выступившим светом звёзд.
Я чувствовала холод, но мне не было холодно и это пугало.
Когда стихла метель, осели последние кружащие на ветру снежинки, на дороге и в лесу рядом воцарилась противоестественная тишина.
Я стояла посреди снежно-белого мира, пребывае в отрешенном смятении.
Что это все это значит? Что со мной происходит? Господи… Что я… Что я натворила? Как… как это всё… Что мне с этим теперь делать?!
Вокруг не было никого, только снег. Только бесконечная монолитная и нерушимая белизна, которая тянулась настолько, насколько хватало глаз.
— Лер… — слабым, жалобным голоском позвала я. — Лер…
Если и было что-то страшнее того, что я сейчас наделала, так это если бы Лерка не отозвалась…
— Я здесь! Роджеровна!
Я обернулась и увидела, как Логинова, кряхтя, выбирается сквозь снег из-под заваленного снегом Майбаха.
Я, поскальзываясь и качаясь, бросилась к ней. Я помогла ей выбраться, Логинова отряхнулась и замотала головой, сбрасывая снег с волос.
Затем она оглянулась и лицо её вытянулось, а глаза расширились от невероятного зрелища.
— Чтоб меня в группу «Серебро» взяли!.. — ошеломленно пробормотала она и замотала головой, чуть приоткрыв рот.
Лерка взглянула на меня, чуть нахмурилась, но её лицо скорее выражало печальное сожаление.
— Я, наверное, не буду спрашивать, как ты это все сделала, Роджеровна… К тому же, судя по твоей растерянной бледной мордашке, ты мне вряд ли что-то сможешь объяснить.
Я, в ответ, лишь бессильно развел руками и снова расплакалась.
Все это было чересчур для меня. Я не знала, как толком на это реагировать, как себя вести.
Я думала, что столкнулась сегодня с самой большой опасностью в доме Мирбаха, я думала, что нам с Лерой конец, когда нас выволокли из машины… Но страшнее всего оказалось вот это… Этот снежный катаклизм! Эта буря, которая поглотила все вокруг и которую… устроила я.
— Я н-не знаю, Лер… — глотая слёзы ужаса, проговорила я. — Я не понимаю… Это… Я не хотела, я не собиралась… Господи! Я их всех… Они…
— Так! — прикрикнула на меня Лерка. — А ну-как успокойся!..
