— Да, без проблем. Только, Жанна… — говоривший чуть замялся. — Мы тут с парням перетёрли…
— И что? — холодно процедила Жанна.
— Нам кажется, что мы рискуем больше, чем на десятку штук…
— Слушай, капитан, если тебе эти деньги лишние, так и скажи. Я найду других…
— Других осталось мало, Жанна, — ничуть не смутился собеседник Жанны. — Сейчас не то время и «других» давным-давно или посадили, или просто попёрли из рядов новой полиции… С нас сейчас три шкуры дерут просто за лишние синяки на задержанных. А уж о том, что вы просите, вообще даже никто не задумается.
Жанна недовольно скривилась, но вынуждена была с ним согласится. Времена тихо, но стремительно менялись и найти «оборотней» в погонах, или «грязных полицейских» всё сложнее и сложнее.
— Ладно, — сдалась Жанна, — даю пятнадцать, причем пятерка лично тебе. А остальных убеди, что выше десятки я не дам. Понял меня?
— Понял, — по голосу было слышно, что собеседника такой расклад более, чем устраивает.
— Тогда, до связи. Сделаете — отзвонись, — ответила Жанна и коснулась кнопки с красной трубкой.
Отойдя подальше от палаты Клима, отыскав тихое и безлюдное место, неподалеку от мужского туалета, она достала одноразовый мобильник и набрала номер, записанный на бумаге.
Как только набранный абонент молча принял вызов, она быстро бросила:
— Действуйте. Найдите мне Прохора Мечникова!
АНЖЕЛИКА КОРФ
Вторник, 24 марта. Ночь.
Крепкие, сильные пальцы Альвидаса сдавливали её горло. У Анжелики темнело в глазах, её прерывистое дыхание, с присвистом срывалось с уст. Силы покидали её, она пыталась сопротивляться, но движения были вялыми, слабыми и бессильными.
Вошедшего в азарт насильника уже ничего не могло остановить.
Ощущая на своей шее его жадные поцелуи и противную холодную слюну на коже, она заметила, как уголок двери, над правым плечом Альвидаса приоткрылся.
Она видела вошедшего, но навалившийся на неё Раудис, вдруг вздрогнул и замер. Округлившимися от непонимания глазами, он уставился на перепуганную Анжелику.
Раудис издал слабый, едва слышимый, стон и завалился на бок. Он сполз с неё и рухнул на пол, подле дивана.
Корф судорожно, с хрипом втянула в себя воздух и зашлась в долгом кашле. Её гортань с трудном, но обильно втягивала кислород, мышцы горла сводило болезненной судорогой, а глаза слезились.
Она не сразу распознала стоящего перед ней мужчину. Зато различила расплывающийся силуэт пистолета в его правой руке.
Когда её взгляд смог сфокусироваться, девушка на миг перестала дышать.
В комнате, перед ней, в трёх шагах, стоял он — Наркис Зорич. Человек с флейтой, который, на сегодня, воплощал в себе едва ли не самые страшные кошмары Анжелики.
Темные глаза Флейты, без сожаления, но с какой-то насмешливой грустью несколько мгновений разглядывали оторопевшую Анжелику.
— Какая жалость… — проговорил он внезапно.
Несмотря на громкую музыку в здании, Корф отлично и четко слышала негромкий, немного ленивый голос. И, казалось, его звучание ощущается кожей — вибрации его голоса вызывали колкую щекотку и способствовали распространению липкого пота по всему телу.
— Вы все всегда пытаетесь бежать от меня, — Зорич хмыкнул и протяжно, с показательной усталостью, вздохнул, — а итог всегда один. Вместо того, чтобы обрекать себя на бессмысленные страдания, вы все всегда бежите… и льстите себя ложной надеждой, что сумеете спастись.
Он приблизился к телу Альвидаса, поднял пистолет и выстрелил ещё раз — точно в голову неподвижно лежащему мужчине.
— Жаль вас, — прокомментировал Флейта.
Он поставил ногу на диван и свободной рукой, тыльной стороной ладони, почти ласково, но издевательски, провел по щеке Анжелики.
— Ты красивая, — произнес он и его бледные губы надломились в одобрительной усмешке. — Жаль, что тебе придется умереть…
Он поднял пистолет с глушителем. Между стволом оружия и лицом Анжелики было каких-то десять-двенадцать сантиметров.
У девушки не было сил бежать, сопротивляться и бороться — силы оставались, только, чтобы молить…
— Пожалуйста, — тихо выдавила из себя дрожащая Анжелика.
Она зажмурилась, ощущая теплые слёзы на ресницах и щеках.
Два удара сердца, тихий, обманчиво-грустный смех Флейты и следом грохот удара, стеклянный звон и ругань.
Анжелика инстинктивно отпрянула назад, вжимаясь в спинку дивана.
В первое мгновение, её сковало шокирующее смятение, от увиденного — Наркис Зорич, ошалело мотая головой стоял на четвереньках рядом с диваном.
А в дверях застыл рыжебородый мужчина в знакомом серо-фиолетовом костюме и очках.
— Шевельнёшься-башку прострелю! — выкрикнул Полунин.
«Стреляй! — внезапно даже для себя успела отчаянно подумать Анжелика — Стреляй, Леня, пожалуйста!»
— Анжелика! — крикнул Полунин. — Альвидас передал тебе накопитель?
— Он у н-него… — дрожащим голосом ответила девушка, глядя на тело Альвидаса.
Тот лежал с замершим на лице вечным выражением удивления.
— Так забери! — потребовал Полунин.
Он подошел к Наркису, который все ещё с трудом приходил в себя после метко брошенной в его затылок маленькой вазы, из кабинета Раудиса. Леонид поднял выроненный Наркисом пистолет и засунул себе сзади, за ремень.
