«Твоя главная цель — найти данные о проекте 'Феникс» и лабораториях, где держат «Фантомов»«, — добавила Сара. 'Особенно о той, что под Гамла Стан. И постарайся найти хоть что-то об Анне. Любую информацию».
«Не привлекай внимания», — снова заговорил Призрак. «Действуй как Андерсон. Выполняй рутинные задачи, если потребуется. Слейся с фоном. Любое отклонение от стандартного поведения может вызвать тревогу».
Рикард посмотрел на неподвижный аватар Андерсона на голо-дисплее. Стать им. Войти в шкуру другого человека, пусть и цифрового. Проникнуть во вражеский стан. Он чувствовал холодную смесь страха и решимости.
Он подошел к креслу. Взял в руки нейрошлем. Тяжелый, холодный. Портал в другой мир. В иллюзию рая, скрывающую ад.
«Я готов», — сказал он, глядя на Призрака и Сару.
Призрак кивнул. Сара ободряюще сжала его плечо — настоящее, не протез.
«Удачи, Рик», — тихо сказала она.
Рикард сел в кресло и надел нейрошлем. Последнее, что он увидел перед тем, как мир погрузился во тьму, были напряженные лица Сары и мерцающая маска Призрака. Затем — знакомый рывок, падение в бездну данных и ожидание нового мира. Мира под названием «Элизиум».
Глава 17: Добро Пожаловать в Пластиковый Рай
Рывок был не таким резким, как при погружении в хаос «серой сети». Скорее, плавное, но стремительное скольжение сквозь слои данных, а затем — мягкое приземление сознания в новой оболочке. Последним ощущением из реального мира был холодок нейрошлема на висках и тихое гудение оборудования в логове Призрака. Теперь же Рикарда окутал свет и звук.
Он открыл глаза — глаза аватара Марка Андерсона. И на мгновение замер, ошеломленный. Он стоял посреди широкого, залитого мягким, теплым светом проспекта. Вокруг возвышались невероятные здания — странная, но гармоничная смесь строгого ар-деко начала XX века и пиксельного неонового дизайна из эры 8-битных видеоигр. Гладкие, светлые фасады, чистые линии, геометрические орнаменты — и все это подсвечено пульсирующими голографическими вывесками с нарочито крупными пикселями, рекламирующими напитки «Нео-Кола» или туры на «Ретро-Марс».
Над головой, в небе идеального, безмятежно-голубого цвета, бесшумно скользили летающие автомобили. Их дизайн был чистым ретро-футуризмом — плавные, обтекаемые формы, двери типа «крыло чайки», хромированные детали, но двигались они беззвучно, оставляя за собой лишь легкий шлейф из мерцающих частиц. Рикард узнал в некоторых очертания легендарного «ДеЛориана» из древнего фильма, который он когда-то смотрел с… с Линой? Память обожгла короткой вспышкой боли, но здесь, в аватаре, она была приглушенной, далекой.
Воздух. Он сделал глубокий вдох. Чистый. Абсолютно чистый, без единой пылинки, без запаха выхлопных газов, гнили или дешевой еды, которые были вечными спутниками Нижнего Города. Легкий, едва уловимый аромат — что-то цветочное, свежее, искусственное. Идеальная температура.
Он посмотрел на свои руки — руки Марка Андерсона. Обычные, без шрамов, без имплантов. Он провел рукой по стене ближайшего здания. Гладкая, прохладная, слегка шероховатая текстура. Абсолютно реально. Он топнул ногой по перламутровому покрытию тротуара — звук был четким, но приглушенным, как и все звуки здесь. Фоном играла музыка — спокойный, мелодичный синтивейв, словно саундтрек к старому фильму о будущем.
Вокруг двигались другие аватары. Мужчины и женщины, все как на подбор молодые, здоровые, красивые. Одетые в яркие, стильные костюмы, напоминающие моду 80-х — широкие плечи пиджаков, неоновые лосины, футуристические кроссовки. Они улыбались друг другу, смеялись, разговаривали тихими, приятными голосами. Ни тени тревоги, ни следа усталости или недовольства на их лицах. Беззаботное, вечное счастье.
Рикард заставил себя сделать шаг, потом еще один. Движения аватара были плавными, легкими. Он попытался вызвать привычную фантомную боль в левой руке — тишина. Попробовал почувствовать усталость — ее не было. Голод, жажда — отсутствовали. Он был внутри машины. Идеально сконструированной цифровой куклой в идеально сконструированном кукольном домике.
«Добро пожаловать в „Элизиум“,» — голос Призрака прозвучал прямо в его сознании, обходя слуховые сенсоры аватара. Голос был тихим, почти шепотом, защищенным несколькими слоями шифрования.
«Впечатляет», — мысленно ответил Рикард, стараясь не выдать себя внешне, сливаясь с потоком беззаботных аватаров.
«Это фасад, Рикард. Идеальная иллюзия, созданная, чтобы скрыть правду», — напомнил Призрак. «Твоя задача — найти трещины в этой иллюзии. Найти лаборатории „Имморталис“, найти данные о „Фениксе“, об Анне. Будь осторожен. Действуй как Андерсон. Не выделяйся».
«Понял», — ответил Рикард. Он шел по сияющему проспекту «Элизиума», окруженный улыбающимися лицами и ретро-футуристической архитектурой. Все было идеально. Слишком идеально. И от этой идеальности по спине пробегал холодок, которого не могло быть у аватара Марка Андерсона. Он был во вражеском раю. И его охота только начиналась.
Глава 18: Пластиковые Улыбки Элизиума