- Я пришёл попрощаться, - Айли распахнула глаза, взбодрившись ещё сильнее, чем когда увидела его за дверью.
- Что?!
- Я уезжаю решать новые дела, вместе с некоторыми другими ребятами из нашей банды… Я вряд ли вернусь в Нью-Йорк, - блондинка едва не сказала «да я тоже тут не навсегда», но вовремя спохватилась. К чему бы была эта фраза? – Уезжая, я хочу объяснить, что следил не за Ю Ёндже, а тем типом, что был с ним. Ёндже честный человек и ресторатор.
- Зачем ты говоришь мне это? – прищурилась Айли.
- Потому что знаю, что ты с ним встречаешься с недавнишнего времени, - его колоссальная осведомленность вновь повергла её в шок. Это-то откуда можно знать? Он следил за ней, в самом деле? – Не сомневайся в нем, Айли. Он прекрасный человек. Поверь бандиту, который не склонен вообще хвалить кого-либо, кроме себя.
- Ты пришёл только ради этого? Поработать рекламщиком? – журналистка начала ощущать какую-то ускользающую недоговоренность, которая так и не всплывет наружу, если не прижать в угол Сольджуна, а с ним это провернуть нелегко.
- Я пришёл, чтобы прекратить наши мысли друг о друге, - серьёзно, едва ли не впервые для себя, сказал парень. Айли знала его слишком мало, чтобы понять, какой это ценный и редкий момент.
- С чего ты взял, что я о тебе думаю? – пойманная с поличным, не стала подписывать явку с повинной девушка.
- Я слышал, - её округлившиеся глаза и покрасневшие щеки выдали правоту его догадок. Перед сном, действительно, она лежала и думала о нем, о том, что он больше не появляется, о том, встретятся ли они вновь и о том, что она бы этого хотела. Если интерпретировать её мысли в эквиваленте чувств, то она звала его, чтобы увидеть. – Без подробностей, не подумай. Просто… обо мне знает слишком мало людей на планете, чтобы я не ощущал, когда обо мне вспоминают. Иногда это делают родители, но за десять тысяч километров такого не ощутить, в отличие от соседнего района…
Забывшись или осмелев, Айли уставилась ему в глаза, но их глубокий вишневый цвет напомнил о возможностях гипнотизера. Она успокоила себя тем, что он молчит, и продолжила вглядываться.
- Я много о ком думаю вечером, просто другие не умеют этого слышать, - попыталась оправдаться она, но Сольджун не принял к сведению таких отговорок. Он ведь, действительно, улавливал не прямой текст, а скорее что-то на уровне души, и тепло или холодно, хорошо или плохо к нему относятся понимал быстрее, чем конкретные факты рассуждений.
- Если бы это было так, то я не обратил бы внимание, - молодой человек сел на стул у обувной тумбочки, не спрашивая разрешения. – Я хочу сказать… если у тебя отношения с Ёндже, то будь с ним. Только с ним. Честной, верной, правильной, - пока он это говорил, то сам отводил глаза. Договорив, поднял их к Айли, напрягшейся от его слов. – Если я мешаю этому, то мне нужно исправить это. Я не знал, куда лезу, когда пришёл извиниться в тот ливень…
- Ты намекнул, что я нравлюсь тебе, - журналистка одернула подол футболки. Вот теперь то, что она слишком короткая, стало неудобным. – Но даже не хочешь попытаться отбить меня у другого?
- А что тебе это даст? – Сольджун пожал плечами. Странно, это было чем-то новым, когда на какое-то предложение по существу человек спрашивает не о своей выгоде, а о чужой. – Да, я мог бы попытаться удовлетворить своё честолюбие, - «Нет, не мог бы, - сделал сноску гипнотизер мысленно. – Только не с девушкой друга». – Но не в том случае, когда могу дать меньше чем тот, у кого хочу кого-то увести. Айли, я же ветер в поле, на меня можно накопать тысячу уголовных дел, у меня каждую неделю руки в крови и ещё я очень, очень эгоистичный тип, с кучей прибабахов, который хочет, чтобы им восхищались, чтобы девушка знала японский, чистила мою коллекцию оружия, приносила мне чай в постель и, ко всем проблемам, взамен этого деньгами я не нагружен, и иногда могу вдруг заиметь приличную сумму, а иногда могу сидеть на мели. А ещё я бабник. Я не знаю, смогу ли не заглядываться на все стройные ноги в округе, даже имея самые лучшие под боком. А Ю Ёндже стабилен, надежен и порядочен.
- Ты называешь себя эгоистом, и при этом сейчас заботишься о моём будущем, а не своём.
- А я не люблю думать о будущем. Я предпочитаю жить моментом.
- Кто сказал, что я не люблю то же самое? – Казалось, замечание Айли поставило его в тупик. Сольджун нахмурился.
- То есть, ты отказываешься забыть меня и стать счастливой с Ёндже?
- А ты бы смог забыть кого-либо просто потому, что захотел это сделать? – молодой человек понимающе покачал головой. – Что же тогда говорить о той ситуации, когда не хочешь? – девушка подошла к нему ближе, невольно тем заставив его уткнуться в пол, потому что сидя была опасность подглядеть что-то под футболкой.
