— Живу скромно, один. Холостякую. Жена с детьми осталась дома, в Переславле-Залесском, а я с князем отбыл. Свой дом надо будет заводить, раз мне тут век коротать.
Дошли. Боярин провел меня в дальнюю комнату, показал на кровать.
— К обеду позову, а пока здесь один отдохни, мешать не буду.
И вообще куда-то ушел. Я с наслаждением скинул обувь и прилег. Устал неимоверно! А ведь вроде просто сидел и глядел, мешки с песком не таскал… Не заметил, как и уснул.
Проснулся аж через два часа! А ведь отлично выспался ночью. Да, укатали сивку крутые горки. Поесть было охота чрезвычайно. Видимо работа силой мысли сожгла килокалорий не меньше чем изрядная физическая нагрузка.
Завозился, встал. Зашел Богуслав, позвал обедать.
— А я думал, что все уже поели, а мне нужно добывать пропитание невесть где, — ответил я.
— А на всех нам наплевать. Кухонных я предупредил, что не дай бог нам с тобой чего не хватит, всей их толпе мало не покажется.
— А они что ж?
— Клялись, что всего будет вволю. Кто же боярину-дворецкому осмелится перечить?
Под эти беседы мы уже дошли до столовой и уселись за здоровенный стол.
— А чем ты на этой службе занят?
— Дворней ведаю, за хозяйством слежу, иностранцев принимаю. Сужу всех новгородцев, кроме местных бояр. В моем ведении Большой приказ.
— А он чем занят?
— Заверяет все сделки, пишет приказы по городу для населения.
— А тайный сыск у вас есть?
— Часть Большого.
Вот они, и полиция, и контрразведка Древней Руси в одном флаконе! А с главным и судьей, и сыскарем я сейчас обедаю.
Стол уже заставили блюдами. Изобилие местных трапез, особенно боярских и княжеских, меня до сих пор удивляло. Где в 21 веке сыщешь блюда из зубра и тура? Зубров осталось с гулькин нос, туров перебили и съели — не повезло животине.
Когда поели, спросил Богуслава:
— А зачем ты Забаву привечаешь? В чем тайный умысел?
— Он прост. Не будет рядом явно любимой жены, ты задергаешься и можешь не приглядеть за Мстиславом в нужный момент. А заменить тебя некем. А будет суженая рядом, куда ты денешься!
Резонно. И вижу — не врет. Увидев, что эту тему проехали, старый воин повел беседу дальше.
— Дальше то, что делать будешь?
— Первым делом напоим государя, весь рот уж поди ссохся, а потом я, повалявшись после обеда, начну его живот сращивать. А то просто сидеть и ждать, мало того, что это будет тянуться очень долго, нарастает риск всяческих нежелательных осложнений.
— Делай, как знаешь, кроме тебя тут решать некому — знатоков в Новгороде больше не видать.
— Думаю, и во всем мире тоже, — трезво оценил ситуацию в 11 веке я.
Боярин молча кивнул. Прихватив с собой кувшин с водой и пару кружек, подались назад. Я упал на кушетку, Богуслав начал заботливо поить князя.
— Эй, эй — не больше трех глотков! — обуздал я не в меру ретивого дворецкого, — лучше давать почаще. Погляжу попозже, коли хорошо пойдет, в следующий раз побольше дадим. Обязательно перед тем, как пить, хорошенько пополоскать водой рот — иначе жажда полностью не пройдет.
— Я уже попил, а сухость во рту страшная, — заныл больной, — что ж теперь, еще невесть сколько терпеть?
— Дай ему еще! А ты не вздумай сразу глотать, больше не получишь ни капли! — приструнил я Мстислава.
Тот тщательно прополоскался, глотнул, и выражение удовлетворения осенило его лицо. Охранники были другие — Богуслав решил, что для усиления эффекта их надо время от времени заменять.
Повалявшись, пошел лечить дальше. Еще раз проглядел все внутренние швы — кровоточивости нигде уже не наблюдалось. Выпота тоже было не видно.
Начал последовательно сращивать ткани. Дело шло туго — срасталось неохотно по такой свежей послеоперационной ране. Ладно, наметил — пока хватит. Может быть завтра пойдет побойчей.
Сегодня можно и отдохнуть. Супруга придет попозже. Ее звали к ужину, а по времени еще и полдником-то не пахло. Пошел еще полежать на кушетке в этой комнате. Неожиданно дружинник позвал боярина, и он удалился. У Богуслава, думаю, и без сидения возле князя, дел хватает с лихвой.
Вернулся он как-то очень быстро, а с ним неожиданно вошла… Забава. Я вскочил, бросился к ней.
— Что случилось? Почему так рано?
— Соскучилась…, — как-то непривычно робко отозвалась супруга.
В компании Мстислава она явно стеснялась: на щечках выступил румянец, часто закрывалась рукавом.
— Присядь возле меня, девица. Поболтаем о новгородских делах, — пригласил мою жену раненый властитель Новгорода.
Смущаясь, она попыталась оказаться от предложенной чести.
— Да я, княже, лучше пойду…
— Садись, садись! Срочных же дел у тебя нету?
— Какие у меня дела…
— Ну так и посиди с больным человеком. Потолкуем. Тебя как звать-величать?
— Забава.
Потекла беседа. Мстиславу, видать, надоело общаться с двумя старыми пнями, которые жучили его, как мальчишку. Хотелось опять почувствовать себя полновластным владыкой, а не обделавшимся щенком.
Я опять ушел поваляться. Разговор продлился минут пять. Поговорили о городских новостях, только захотели перейти к чему-то другому, как вернулась Кристина.