Кристина, не глядя в мою сторону, подбежала к уборщице, и вовремя подхватила ее за плечи – у Зины в тот момент подкосились ноги. Безостановочно нашептывая слова утешения, Овчинникова едва ли не взвалила на себя сокрушающуюся Зину и неторопливо повела ее к себе в офис, после чего заперлась с ней.
Девочки-мастерицы, перешептываясь, столпились вокруг. Среди них я увидела Матвееву. Она глядела на меня во все глаза, и ее лицо в тот момент не походило на морду снулой кобылы. Прочитать мимику Людмилы не получалось, не знаю почему. Я не видела на лице массажистки сострадания к уборщице, не видела удивления или замешательства. Я видела скорее испуг, будто чем-то шокировала девушку.
Из ближайшей массажной комнаты раздался голос клиентки:
– Что там происходит? Я слышу плач?
– Не волнуйтесь, я все узнаю! – отозвалась массажистка, которая высунулась наружу. По фотографиям из резюме я опознала Черткову. Марина быстренько пошепталась с одной из девчонок, затем вернулась обратно к встревоженной клиентке.
– У нашей уборщицы горе в семье, – раздался из-за двери голос Чертковой. – Прошу простить.
– Ах, зачем извиняться! Так жалко… Помню, как хоронила бабушку…
Голоса за дверью стали тише, клиентка продолжала делиться с Мариной грустными воспоминаниями. Рыдания в директорском офисе тоже затихали, там слышалось звяканье посуды. Овчинникова или дала Зине успокоительное, или налила что-то крепкое.
Девочки начали расходиться, возвращаясь к рутинным хлопотам. Я выцепила из их толпы администратора; Машенька тоже посмотрела на меня испуганно. Наверное, выражение моего лица было такое, что медведь шарахнется, если увидит.
– У Марины еще много клиентов на сегодня?
– По записи нет, это последняя. Но до конца рабочего дня мастер уйти не может, нужно быть готовыми принять тех, кто приходит без записи.
Мне плевать. Я не собиралась увозить отсюда Черткову, всего лишь отведу ее в салон своей машины и там допрошу. Время пришло, оттягивать больше нельзя.
Отправив Диму домой, я расположилась в фойе на диванчике для гостей, предаваясь мыслям об охотничьих ножах.
Как сообщалось в личном деле Марины Викторовны Чертковой, ей в этом августе исполнится двадцать шесть лет. Родилась в маленьком поселке где-то в степях Заволжья. Приехала в Тарасов учиться на бухгалтера – ручаюсь, по настоянию родителей. Почему бухгалтерская карьера не сложилась, в резюме, конечно же, ни строчки. Можно предположить, что девушка не обладала необходимыми качествами – педантичностью, любовью к порядку и хорошей памятью на цифры. Или же ситуация была проще: для выпускницы колледжа не нашлось подходящих вакансий, поскольку все работодатели, не сговариваясь, в своих объявлениях требовали не менее трех лет стажа.
Девушка немного поколесила по стране и где-то в Пензе закончила курсы массажисток. Без медицинского образования блестящей карьеры в этой сфере ей тоже не светило бы, но Марина проявила талант и упорство, благодаря которым отработала несколько лет в спа-салонах Пензы и Самары, прежде чем вернулась в Тарасов. Здесь Черткову сразу приняла на работу Кристина Овчинникова. Пожалела ли впоследствии хозяйка «Дома у реки», узнав, что наняла любовницу для своего мужа? Это покажет допрос.
Марина выглядела напряженной, опасаясь расспросов об Афанасьеве и краже документов, но быстро успокоилась, едва завидев фотографию Первухиной. Пусть пока пребывает в блаженном неведении, считая, что меня волнуют только поиски Аллы.
– Помню эту девушку, она сильно похожа на нашу бывшую уборщицу. Думаю, вы и сами заметили. Не скажу, когда ваша Алла сюда приходила. Боюсь соврать. Скажу лишь, что массаж она не заказывала. Ко мне так уж точно. Всегда и только уединялась на медитацию в Студии. Я про Студию созерцаний. Один раз я ее там обслуживала, да, приносила чай и ароматические палочки.
– Она завязала здесь знакомства? С кем-то много общалась, кого-то выделяла? Возможно, приходила или, наоборот, уходила с кем-то?
– Нет, ничего такого.
– Банкир Лямин. Тот, который флешку здесь потерял. Он общался с Аллой?
– Ни разу не видела их вместе. Лямин вообще больше интересовался Матвеевой одно время. А потом то ли она отшила его, то ли надоела ему. Короче, стал ходить на массаж к другим мастерам. Ко мне, в том числе.
Интересное наблюдение, только не знаю пока, чем оно пригодится.
– Флешку могли украсть?
Марина вздрогнула.
– Вы знаете про кражи? – настороженно спросила она и, получив мой утвердительный кивок, сказала: – Могли. Все догадываются, кто таскает вещи. Это Игорь Леонидович Морозов. Его жена с нашей хозяйкой большие подружки, поэтому Кристина дала приказ ничего не предпринимать. Хотя, знаете, после флешки была лишь одна кража и все. Пропала свечка в виде Будды, недешевенькая, к слову сказать. После этого кражи не повторялись. Может, жена перепугалась, что ее Игорь начал воровать по-крупному, и решила его контролировать? Может, лечение ему какое-то нашла, начала водить к психологу?
Я не стала развивать эту тему. Не хватало выслушивать чужие дикие догадки, когда своих – бескрайнее море.
