На Приволжской много пентхаусов, моего среди них нет. У меня вообще пентхауса нет. Но мне не хотелось, чтобы Афанасьев сорвался с крючка, а просто красивыми коленками его, пресыщенного женской компанией, удержать непросто. Лишившись спонсорства богатой жены, он лихорадочно искал состоятельную подругу. Аппетитная конфетка, владеющая элитным жильем на самой дорогой улице города, являлась лучшей наживкой.
– Как вы намерены распорядиться этими бумагами? – Я вернула разговор к обсуждению планов Алексея.
– Пошлю их в Росфинмониторинг. Там проведут тщательную проверку, и если мои подозрения подтвердятся, то злоумышленники понесут заслуженное наказание. Мне жаль Тинчика, разумеется. Но он сам выбрал путь махинаций и сотрудничества с криминалом. Вы же понимаете, «закон суров, но это закон», – процитировал латинское речение Афанасьев, дабы сразить меня наповал своей эрудицией.
Как по мне, надзорный орган ничего не найдет и проверка просто немного потреплет нервы Овчинниковой. То ли Алексей безнадежно глуп и верит, что его бывшей дадут сто лет лагерей из-за парочки займов, то ли он жаждет достать Кристину хотя бы мелкими пакостями.
Надо ли предупреждать хозяйку «Дома у реки» о том, что муженек готовит ей удар в спину? Не горю желанием. Овчинникова вызывала у меня стойкую неприязнь. Вдобавок я подозревала ее в убийстве Землянского ничуть не меньше, чем Афанасьева с Морозовым.
Рассмотрим такой вариант событий: Олег подглядывал за девушками и увидел, как в кабинете директора происходит нечто противозаконное. Например, хозяйка в тот момент уничтожала уличающие ее бухгалтерские документы, фальсифицировала отчетность или обсуждала по телефону грязные дела с Белозеровым.
Перед мысленным взором возникли крепкие, сильные, как у спортивного мужика, руки Кристины Овчинниковой, держащие охотничий нож. Эта зарежет. Запросто.
Овчинникова остолбенела, потрясенная моей наглостью, когда увидела нас с Дмитрием на пороге своего офиса. Я все-таки согласилась на предложение Дмитрия и привела его в «Дом у реки», внутренне жалея о принятом решении. Посоветовавшись, мы условились, что Дима откроет переговоры, чтобы я не раздражала хозяйку фирмы.
– Простите, Кристина! Я Дмитрий, и я ищу пропавшую дочь. Ее зовут Алла Первухина. Ей может угрожать опасность. Эта женщина, – он кивнул в мою сторону, – частный детектив, она помогает мне в поисках. Я надеюсь, что кто-то из работников или клиентов вашей фирмы что-то знает про мою Аллу, потому что она была здесь как минимум три раза. Прошу вас, очень прошу помочь. Мои поиски не доставят вам неприятностей.
Хозяйка «Дома» замялась. При виде меня она готовилась к новой схватке, а просьба Дмитрия застала Овчинникову врасплох и смутила.
Между тем мой спутник не останавливался:
– Извините, что обращаюсь вот так запросто, не по отчеству. Назвал вас Кристиной. Я понадеялся, что вы меня вспомните. Чуть больше двадцати лет назад я несколько раз посещал ваши сеансы. Вы отличный мастер, вылечили мне мышцы спины. Мы с вами едва не подружились, так много болтали обо всем. Я рассказал о проблемах с девушкой.
– Знаете, Дмитрий, я вас немного вспомнила, кажется, – нерешительно произнесла Кристина.
«Немного», «кажется»… А вот мне кажется, что ты никого и ничего не вспомнила, а просто задумала манипулировать уязвимым мужчиной, используя пробудившиеся в нем светлые впечатления от знакомства с тобой много лет назад. Дай тебе волю, и ты примешься вертеть Димой, как в школе вертит десятилетним мальчишкой хитрая кокетка из старшего класса, обещая поцелуй в щечку.
– Вы оставили очень щедрые чаевые, пятьсот рублей, – проронила Овчинникова. – В те времена ни одна из массажисток столько не получала. Меня это немного насторожило, но вы вели себя прилично, и потом мы так хорошо общались…
Надо же, она и впрямь узнала Диму, но до чего скудны и однообразны воспоминания этой меркантильной особы! Только благодаря большим чаевым сохранился в ее памяти такой замечательный, интеллигентный человек, явно питавший к ней когда-то теплые чувства, возможно легкую влюбленность.
– Спасибо, что не забыли, – сказал Дмитрий, – мне приятно.
Она слегка улыбнулась.
– Затем вы куда-то пропали…
– Женился. Началась другая жизнь.
Она покосилась на его пальцы в поисках обручального кольца.
– Неудачный брак? – поинтересовалась Кристина.
– Очень удачный, счастливый. Мы до сих пор оставались бы вместе, если бы не ее болезнь.
Овчинникова молча сделала шаг вперед и ласково провела пальцами по плечу Димы. Хотелось верить, что он вызвал в ней жалость. Увы, с равными шансами это могла быть манипуляция. Или банальный интерес разведенки к привлекательному вдовцу, не обремененному маленькими детьми, с которым женщина разделяла трогательные воспоминания.
– Понимаю вас, – вздохнула Кристина, – я изведала, что значит терять близкого человека.
