— Лиза, ау. — Трясу головой и почти пугаюсь: Савельев уже стоит передо мной и щелкает пальцами перед лицом. Надо прекращать так уходить в мысли, а то он меня в психушку отвезет. — Ты в порядке?
— Нормально.
Хмурюсь. Блин… Почему он не может быть придурком? Раньше у него отлично получалось, что сейчас мешает?
— Тогда давай, десять приседаний, потом отдыхаешь. Я страхую.
И он снова становится сзади, а я снова пытаюсь удержаться на плаву в реальности, чтобы не сойти с ума от близости. Уже сама себя раздражаю этими эмоциями, но пока совладать с ними очень тяжело. Надеюсь, что со временем это пройдет. Наверное, мне просто нужно смириться, что я влипла, и тогда перестану вот так реагировать на Савельева.
Я же перестану, да?
Надеюсь.
Иначе проще закрыться дома и вообще никуда не выходить. Потому что, куда бы я ни пошла, Артем там присутствует, а видеться с ним и дальше пускать слюни — совсем не вариант.
Приседания в задумчивости проходят, как никогда, просто: я так отвлекаюсь, что даже не чувствую боли в мышцах. Тема хвалит меня, говорит, что я умница, а мне за эти слова его прибить хочется.
Савельев, пожалуйста, будь козлом и мудаком, очень надо! Мне будет проще тебя разлюбить, если будешь придурком, а пока ты говоришь, что я умница, шансы на это равны нулю.
— Эй, коротышка, давай с тобой сегодня новое упражнение попробуем. Я пять блинов по десять килограмм не положу, спине больно будет, а твои сорок и один блинчик как раз сверху идеально лягут. Давай? Я в планку, ты сверху на меня, и в руки один блин.
— Во мне пятьдесят, без него обойдемся.
Что я там говорила про странный день? Вот нужно его не фиолетовым цветом в календаре выделить, а черным. Как знак того, что Лиза Гаврилова похоронила свою адекватность и здравый смысл. Потому что в моем состоянии бежать от таких предложений надо, а я киваю как дура набитая и укладываюсь на спину к нему, еще и руками обнимаю, чтобы якобы не упасть. Ага. Упадешь тут, как же. Когда он в плечах шире меня в четыре раза. Лежу, как в «Титанике», вместо двери Савельев, вместо океана… тоже океан, только другой немного.
Артем точно издевается. Не знаю, что на него нашло, но почему-то именно сегодня он решил, что утяжелители — это для слабаков, а для настоящих мужиков есть Лиза, которая повиснет обезьянкой, обнимая руками и ногами за торс, пока он подтягивается, и посидит на шее, пока он будет делать выпады.
Почему сегодня? Раньше ему такие идеи никогда в голову не приходили, а сегодня, когда я рядом с ним стою и дышу с трудом, он решил, что это будет здорово.
Не будет!
— Лиз, ты точно в порядке? — спрашивает, когда мы наконец-то заканчиваем тренировку и идем в сторону раздевалок. Полчаса на душ и собраться, и, как только выйдем на улицу, Тема снова станет Темой. Это я давно выучила, что в зале он настоящий собранный тренер, но, стоит нам только закончить тренировку, язва и засранец внутри Савельева включаются на всю мощность, в первые полчаса компенсируя все время, потраченное за тренировку на сосредоточенность.
— Да нормально я, — отмахиваюсь и почти сбегаю в раздевалку. В голове набатом стучит фраза «не нормально», а сердце упорно рвется обратно к Артему, пробивая ребра.
Мне точно конец. Я умру от сердечного приступа, честное слово. Противно от самой себя, что не сдержалась и втрескалась, а теперь как дура себя веду, не в силах контролировать эмоции. Хорошо хоть, тело мне еще подчиняется, а то висела бы на Артеме, и все.
Всегда, когда я выхожу из зала, Тема уже ждет меня на улице. Иногда он курит, потому что до конца еще не бросил, иногда просто дышит воздухом, усевшись на капот машины. Сегодня, когда я выхожу из зала… Темы нет. Машина на парковке, а не на подъездной дорожке, как обычно, а Артема вообще след простыл. Может, случилось что и он ушел? Так вряд ли без машины бы… Или в тачку и ушел, чтобы подъехать сейчас.
Открываю телефон, проверяя, не писала ли мне Лиска, но все мессенджеры молчат, заставляя нервничать. Ладно. Потерплю до вечера, выведу ее на разговор. И сама послушаю, и ей все расскажу. Скрывать, что влюбилась, точно не собираюсь. Кто меня отговорит от этого, если не она?
Смотрю по сторонам, убирая телефон обратно, Темы все еще нет, и мне перестает это нра…
— Гаврилова! — Громкой голос позади заставляет подпрыгнуть и закричать от неожиданности, а еще чуть не свалиться, несмотря на то что льда под ногами уже, слава богу, нет. Спасибо Савельеву за отменную реакцию, он успевает схватить меня за руку, но за то, что так пугает, я убить его готова.
— Ты совсем, что ли?! — стучу ладошками ему в грудь, надеясь, что сделаю хоть немного больно. Это у меня броня из куртки и свитера, а он на футболку парку носит и даже не застегивает. Ненормальный. — Зачем так пугать, Тем? Я чуть не родила от страха.
— Ты сегодня странная, решил тебя растормошить.
— Очень действенный способ, спасибо огромное, — бурчу и хмурюсь, отодвигаясь от Артема. Не так уж я сильно и влюбилась, если хорошо подумать…
