— Вот это по-нашему! — просиял Коробейщиков. — Дорога появляется под ногами идущего! Тем более, я только что узнал — Евгений Оскарович как раз на днях будет в Москве, в Наркомате тяжелой промышленности. Докладывает о своих разработках.
— Вот это действительно удачно, — я посмотрел на календарь. — Когда точно?
— В среду. У него доклад в техническом совете, — Коробейщиков достал измятую телеграмму. — Я узнал через своих знакомых в институте сварки.
— Отлично, — я сделал пометку в ежедневнике. — Организуйте встречу. Только без лишней огласки. Пусть это выглядит как случайное знакомство после заседания техсовета.
— Будет сделано! — Коробейщиков просиял. — Я подготовлю все материалы по его работам. Такие перспективы открываются, что аж закачаешься.
— Хорошо, — кивнул я. — Но давайте сначала познакомимся с человеком, оценим его настрой. Все-таки дело серьезное.
Полуэктов задумчиво погладил портсигар:
— Я наведу справки по своим каналам. Нужно быть уверенными во всем.
— Не сомневайтесь! — перебил его Коробейщиков. — Патон — это именно тот человек, который нам нужен. Настоящий ученый, практик до мозга костей!
Я еще раз посмотрел на календарь. Что ж, возможно, это действительно тот счастливый случай, когда все складывается как нельзя лучше. Осталось только правильно провести встречу.
В моем кабинете в главном здании КБ царил полумрак. Только настольная лампа освещала горы бумаг. Часы пробили полночь, но я все еще разбирал тревожные донесения с мест.
«Связь с Уралом прервана третьи сутки…» — докладывал управляющий Нижнетагильского куста.
«Телеграф не справляется с потоком технической документации…» — жаловался директор Путиловского.
«Чертежи новой установки затерялись где-то между Москвой и Ижевском…» — сообщал главный инженер оружейного завода.
Я с досадой отбросил карандаш. За последний месяц проблемы со связью достигли критической точки. Наша промышленная империя разрасталась еще больше, количество секретных разработок увеличивалось, а надежной системы коммуникаций как не было, так и нет.
Так, надо что-то делать. Невозможно вести нормально бизнес, если нет нормальной системы коммуникации и обмена данными. Я позвонил Зотову и вызвал его.
Вскоре он постучал в дверь. Появился на пороге, как всегда взъерошенный, с папкой чертежей подмышкой.
— Входите, — я указал на стул перед моим столом. — Сразу к делу. Помните, мы обсуждали проект башен Шухова?
Зотов кивнул.
— Как же не помнить, Леонид Иванович, я же вам недавно про них напоминал, — он прошел к столу, раскладывая схемы. — Вот смотрите: если построить сеть таких башен, можно организовать не только надежную радиосвязь, но и закрытый канал телевещания для передачи чертежей!
Я склонился над схемами. Гиперболоидные конструкции Шухова я помнил еще по прошлой жизни — легкие, прочные, экономичные. А главное — идеально подходящие для установки радио- и телепередатчиков.
— Вот, смотрите… — я достал карту СССР с отмеченными предприятиями нашей империи. — Если расположить башни вот здесь, здесь и здесь… — карандаш чертил линии между городами, — мы сможем связать все ключевые точки!
— Именно! — Зотов оживился еще больше. — А если использовать схему Бонч-Бруевича для передачи изображений, сможем транслировать даже сложные чертежи. Я уже сделал предварительные расчеты.
В этот момент раздался дребезжащий звонок телефона. Это был Величковский, донельзя раздраженный:
— Прошу прощения, но у нас новая проблема — срочные расчеты для броневой стали застряли где-то между нашей лабораторией и Нижним. Загорская уже третий день не может их получить.
Я чуть было не стукнул кулаком по столу. Пообещал решить проблему. Повесил трубку и посмотрел на Зотова:
— Все, хватит! Нам нужна своя система связи. Зотов, готовьте подробный проект. Завтра же едем к Шухову.
— К самому Владимиру Григорьевичу? — Величковский поднял брови. — Он сейчас редко берется за новые проекты…
— Значит, придется его убедить, — я посмотрел на карту, где красные линии соединяли точки будущих башен. — Без надежной связи вся наша работа может пойти прахом.
Зотов быстро собрал чертежи:
— Я подготовлю все расчеты к утру. Но учтите — в такой политической обстановке Шухов может отказаться. Он стал очень осторожен в последнее время.
— Тем более нужно торопиться, — я взглянул на часы. — Завтра в девять жду вас с полным комплектом документов. И да, найдите мне все данные по текущим проблемам со связью — цифры, факты, последствия. Шухову нужно показать реальную картину.
Когда они ушли, я еще раз просмотрел карту. Идея зрела давно, но сегодняшний вал проблем стал последней каплей.
Без современной системы связи управлять растущей промышленной империей становилось все сложнее. А башни Шухова могли стать именно тем решением, которое нам необходимо.
