В двух шагах от нее Сергей, обнаженный по пояс, расстегивал ширинку брюк. Его взгляд, однако, принадлежал Кире от и до: пристальный и опаляющий и без того взбудораженные нервы. Так смотрят на очень, очень желанных взрослых женщин очень взрослые мужчины. С усмиренным на глубине зрачков огнем, над которым давно установлен контроль, с четким пониманием собственных потребностей и с масштабным планом по их воплощению.
Мальчики этого не умеют. И парни тоже.
А Кира... Кира, кажется, всегда мечтала, чтобы на нее смотрели только так и никак иначе.
Сергей молчал, и она тоже не нарушала наполненную ожиданием тишину. Не могла. Загипнотизированная происходящим и потерявшаяся в собственных ощущениях, она просто наблюдала за тем, как разъезжается «молния», ведомая красивыми мужскими пальцами вниз. Вскоре брюки упали на пол.
Прежде не балованная встречами с почти обнаженными мужчинами в реальности, Кира зависла на проступающем через ткань боксеров очертании эрегированного члена. Внутри заворочалось ленивое, еще немного пресыщенное томление. Кожу закололо упавшими искрами возбуждения, и от разрастающегося внутри нетерпения Кира невольно чуть заерзала на столе, пока не осознала, наконец, что обнажена.
Стало неловко, и она быстро села, как раз когда Сергей шагнул вперед. От резкого подъема образцово закружилась голова: с тьмой в глазах, шумом в ушах, мурашками по телу и полной дезориентированностью в пространстве.
Не успевшая поймать равновесие Кира покачнулась, всерьез рискуя то ли завалиться обратно и хорошо приложиться затылком о твердую поверхность, то ли, напротив, позорно рухнуть куда-то на пол. Разочарованно и вяло, она даже успела огорчиться: ситуации нелепее нельзя было представить.
Однако Сергей успел ее придержать, и Кира с облегчением выдохнула. Вращение перед глазами замедлилось, чувства возвращались в норму.
— Ты чего? — Хриплый и взволнованный голос вытеснил навязчивый шум.
Кира открыла глаза, ощутив немного похолодевшей от недолгого онемения кожей переходящий к ней от Сергея жар.
— Все хорошо, — прошептала она сипло и поморщилась от сухости в горле. — Просто резко поднялась, у меня бывает.
Сергей держал ее за плечи и продолжал с беспокойством рассматривать.
— Точно?
— Да, — Кира успокаивающе улыбнулась, хотя внутри тревожно билось сердце. — Уже все прошло.
Хмыкнув, Сергей покачал головой. Его глаза теперь лучились легким весельем.
— Перепугала меня. Я, конечно, слышал, что оргазм— это «маленькая смерть»...
Кира рассмеялась.
— Я вообще-то моложе тебя, — заметила она дразняще. — Рано мне на покой.
— Думаешь, я мог об этом забыть? — с лукавой интонацией поинтересовался Сергей и встал еще ближе, вынуждая ее шире развести ноги и освободить для него пространство.
Отняв ладонь правой руки от ее плеча, костяшкой указательного пальца он нежно коснулся ее подбородка, обвел контур нижней челюсти и затем скользнул по щеке. Кира взволнованно вздохнула и смежила веки.
— Я сейчас вообще не в состоянии думать, — призналась она, подрагивая от совершенно незамысловатой ласки.
Сергей издал короткий смешок.
— Поверь мне, — склонился он к ее уху, обдавая то горячим дыханием, — я тоже.
Через мгновение губами Сергей уже оставлял на ее шее мокрые следы поцелуев. Разомлев, Кира склонила голову и прижалась лбом к его плечу. Прерывистое дыхание частило, голова опять чуточку кружилась, но уже по другой причине.
То ладонями, то подушечками пальцев она несмело водила по мужской спине, не сразу осмелившись легко, лишь едва вдавить в упругую гладкую кожу полукруглые кончики ногтей. Сергей зашипел ей в шею и глухо простонал. Кира затрепетала.
Из-под полуприкрытых век она посмотрела вниз, туда, где за темно-синим бельем был скрыт член, размеров которого она по неопытности не сумела оценить, как бы ни хотелось. Далеко не от праздного любопытства: придя в себя, Кира заодно припомнила, что первый раз редко бывает безболезненным.
С очередным оценивающим взглядом вниз ей внезапно подумалось, что Сергею наверняка было не очень комфортно все то время, что он потратил на ее удовольствие. Это соображение странным образом утешало: не все женскому роду страдать во время секса.
Однако мысли, разумные и не очень, никуда не делились. Кира решила прислушаться к первым.
— Сергей... — позвала она.
— М? — Он, очевидно, был куда более занят ее телом, чем возможными разговорами.
— Я думаю, мне лучше сказать... — начала Кира несмело, но, вздохнув, заявила вполне ровным тоном: — У меня еще не было никого. Совсем. Я девственница.
Губы Сергея на ее шее застыли. Плечи под ее ладонями не закаменели, но несколько напряглись. Когда Сергей неспешно отстранился и выпрямился, сердце у Киры взяло паузу в работе.
На представшем перед ней лице отражалось сдержанное удивление. Словно ничего выходящего за пределы нормы Кира не сообщала.
Она, к слову, лет с двадцати считала, что реагировать на ее признание любой парень будет полными изумления, а то и ужаса глазами. Мужчина, державший сейчас ее в своих руках, даже с места не сдвинулся. Спокойно стоял и рассматривал Киру изучающим взглядом.
