— Девственница? — переспросил он тем не менее, но сомнения в его голосе не было: он будто выигрывал время на осмысление ситуации и только ради общего спокойствия заполнял тишину бессмысленными фразами.
— Да, — она кивнула и на всякий случай внесла ясность: — Я не передумала, но решила, что стоит предупредить.
— Уверена? — Теперь Сергей спрашивал серьезно.
— Да, — Кира кивнула вновь, ничуть не лукавя.
Она чувствовала, что свое желание, сильное и почти получившее свободу, он задвинул подальше ради нее: поначалу запредельно расширенные черные зрачки сужались, взгляд постепенно обретал незамутненную возбуждением остроту и с каждым новым вздохом мужская грудь напротив поднималась и опускалась все более размеренно. Этого было достаточно, чтобы забыть от тревогах и страхах.
— Я рад, — ответил Сергей тихо, с успокаивающей уверенностью в голосе. — Я все сделаю как надо. Не бойся, хорошо?
Кира кивнула, прикусив нижнюю губу. В его последних словах чудилась нежность, и она смущала.
От нежности она отвыкла очень давно.
Она спала. Совершенно бесшумно и неподвижно — как легла после возвращения из ванной на бок, закутавшись с головой в одеяло, так и лежала до сих пор. Размеренное дыхание, беззвучное, но улавливаемое в едва заметном поднятии верхней части объемного кокона, гипнотизировало.
Сергей не смог уснуть. От переизбытка ли ощущений, от беспокойства или просто по случайности выпавшей именно на сегодняшнюю ночь бессонницы. Сидя на своей стороне кровати, он пытался осмыслить произошедшее в последние часы.
В голове не укладывалось, что Кира оказалась девственницей, да еще избравшей его на почетную роль «первого». Прежде возбужденный и доведенный до предела, он упустил эти аспекты, а теперь гадал, каким будет грядущее утро.
Кира выглядела спокойной, однако, едва он вышел из нее и стянул презерватив, засобиралась ехать домой. Из ее расплывчатых объяснений Сергей так и не понял, зачем ей на ночь глядя выбираться из постели и уезжать, и конечно не позволил уйти. Да и каким уродом надо быть, чтобы отпустить совсем, как выяснилось, юную и неопытную девочку вот так, без нормального отдыха и обстоятельного разговора с утра?
К тому же Сергей вовсе не был уверен, что хочет оборвать их знакомство. До этой ночи все воспринималось проще: он испытывал к Кире интерес, безусловно, но ничего не планировал и не видел в том необходимости. Они были взрослыми людьми; спешка и обещания — удел молодых и влюбленных. Своим внезапным признанием Кира знатно смешала ему карты и мысли, он больше не представлял, что у нее в голове и чего она от него ждет.
Он никогда бы не подумал, что Кира еще не спала с мужчиной. Не слишком умелые поцелуи его не смутили — даже не все его ровесницы умели нормально целоваться, но последние лет десять Сергея больше заботило качество секса, а не предварительных ласк. Романтических отношений он не заводил, а взаимовыгодная физическая активность в горизонтальной плоскости вполне удавалась и без поцелуев. По крайней мере Сергей мог обойтись и без них.
Не то чтобы его столь шокировала отданная ему почти без предупреждения невинность Киры. Нет. Сергей не первый раз занимался сексом с девственницей и ничего сакрального в процессе дефлорации не видел, но в прошлый раз ему было чуть больше двадцати, а партнерше — девятнадцать.
Логично и ожидаемо, что в студенчестве он еще сталкивался с девственницами среди своих ровесниц, но к сорока он давно отвык беспокоиться насчет опытности собственных любовниц — они по умолчанию не краснели, не дрожали и прекрасно понимали, чем кончится их знакомство. Повстречать среди подобных раскрепощенных и уверенных женщин невинную девочку было невозможно. Но Кире, стоило признать, удалось его обдурить и озадачить.
На ум Сергею приходили крайне противоположные объяснения ее решению попрощаться с невинностью именно в его объятьях: от «она устала ходить в девственницах, вот и...» до «влюбилась и решила таким образом привязать его к себе». Он сам не знал, какой вариант напрягает его больше. В любом случае ему требовалась знать наверняка, чтобы повести себя правильно.
Радовало одно: он не подкачал и не причинил Кире боли в процессе проникновения. По крайней мере сильной боли она не испытала точно, Сергей подготовил Киру настолько, насколько это в принципе было возможно.
Она отзывалась на каждое его прикосновение — ярко, восторженно, с наслаждением. Цеплялась за его плечи, зарывалась лицом ему в шею, обжигая его горячим дыханием, отчего контролировать себя Сергею удавалось с огромным напряжением воли, но выдержки хватило. Оргазм в конце, пусть и только от его пальцев, Кира все-таки получила.
По правде говоря, Сергей тщеславно был горд результатом собственных трудов. Наверное, Кире даже повезло, что ему далеко не двадцать и он действительно знает, как довести женщину до безумия.
