Перекинувшись с сотрудником парой фраз о состоянии дел в доставке и в самом заведении, Сергей попрощался и закрыл дверь.
— Вы открылись, да? — поинтересовалась Кира.
— Да, — подтвердил он, — еще в понедельник.
— И как все прошло?
— Да в принципе как обычно: не без косяков, но со всем разобрались. Сейчас управляющая уже сама отдувается.
— Мне кажется или я слышу неприкрытые нотки злорадства в твоем голосе? — поддела его Кира, пока они шли на кухню.
Сергей хохотнул.
— Не кажется. Я задолбался контролировать всех и вся, пока ждал ее выхода на работу. Теперь ее черед. Зря я, что ли, переманивал ее от конкурентов?
— Такой крутой спец?
— Угу, — кивнул он, принимаясь за распаковку блюд. — Хороших управляющих очень мало. Всегда проблема найти нужного человека, — закончив, он подал Кире парочку контейнеров и спросил: — А ты чем занималась эту неделю?
— Работала, училась, и еще раз — работала и училась, — простонала она.
— Сильно устала? — Сергей смотрел на нее внимательно, как будто пытался оценить степень ее измотанности.
Кира беззаботно пожала плечами.
— Просто непривычно пока. Я даже не представляю, как выживают мои одногруппники, которые еще и живут в подмосковных общагах, — поделилась она своими недавними мыслями. — Представь, им только домой ехать по два часа в одну сторону. Так что мне немного стыдно жаловаться. По крайней мере я домой приезжаю до полуночи и финансово более-менее обеспечена. Это уже огромное облегчение.
— Ты, кстати, в своей квартире живешь или снимаешь? — Теперь в его взгляде мелькнула задумчивость.
— Я снимаю, но у меня есть своя — досталась от бабушки с дедушкой, — заметив проступившее на лице Сергея недоумение, Кира поспешила объяснить: — Я на первом курсе начала ее сдавать из финансовых соображений, а сама сняла жилье попроще, так что за вычетом расходов на съем оставалась часть суммы, которую я старалась откладывать на магистратуру: очень боялась, что не поступлю на бюджет. — Он понимающе кивнул. — Обошлось, конечно, но жить все равно на что-то надо. Социальных выплат у меня теперь почти никаких нет, зарплата в бюро — это смех. Ну и, собственно, еще долго такая будет. А квартира бабушки с дедушкой почти в самом центре, так что мне хватает на аренду жилья попроще и на часть ежемесячных расходов. Плюс, — продолжала она почему-то сыпать подробностями, — после получения статуса адвоката нужно будет внести целую уйму взносов, на одну зарплату это не потянуть.
— Ты очень разумная девушка, — произнес Сергей будто бы восхищено. — Я не перестаю удивляться.
— Чему? — Кира издала смущенный смешок. — Мне ведь не пять лет, чтобы спускать все деньги на шоколадки и не думать о будущем.
— Поверь мне, — хмыкнул он, — в свои двадцать два я именно так и делал.
— Да? Не представляю тебя инфантильным и беспечным... любителем шоколадок, — не удержалась она от подколки.
— Это теперь я взрослый, — вздохнул Сергей печально, прежде чем, состроив серьезное выражение лица, склониться над столом и грозно сообщить: — Вот какие ужасы старость делает с людьми.
Едва не подавившись кусочком брускетты, Кира засмеялась и согласно закивала:
— Да-да, просто кошмар.
Мягко улыбаясь, Кира продолжала смотреть на него со смешинками в глазах, а Сергей молча любовался. Наслаждался ее присутствием, впитывал каждую секунду сегодняшнего вечера, потому что соскучился, потому что хотел ее общества и всю рабочую неделю мечтал о том, как они вновь окажутся вдвоем в его доме, где ничего не указывало на разделяющую их миры пропасть.
Чувства, наполнявшие Сергея день ото дня и подчинявшие себе, не пугали. По крайней мере не то чтобы очень. Было непривычно, да, но в то же время радостно: давнее, казавшееся прежде бесперспективным ожидание, судя по всему, подходило к концу.
Он влюблялся. Он ничего не мог и не хотел поделать с потерей контроля над собственными эмоциями и мыслями, напротив — наслаждался новизной опыта. Столько было в его жизни женщин — и ни одна не зацепила, хотя Сергей ждал и надеялся. Искал при возможности подходящую, но не везло.
Ему встречались разные женщины: красивые и не очень, умные и глупые, сексуальные и зажатые, искренние и лживые до самого нутра. Одними он восхищался, других презирал, кого-то хотел, с кем-то дружил, не надеясь на большее, но за почти сорок лет жизни с ним не случилось влюбленности. По крайней мере такой, чтобы Сергей наконец почувствовал, что перед ним — его женщина.
Он видел, как это бывает. С первого курса института, когда подружился с Ярославом Исаевым и его женой Кариной, видел и в глубине души мечтал о таких же чувствах, но в любви ему не фартило. Годы шли, а Сергей оставался сам по себе, привыкнув пропускать мимо ушей вопросы друзей и родителей, устав объяснять и тем и другим, почему ходит бобылем и не желает создать семью.
Наверное, только Яр, его лучший друг и по совместительству идеальный семьянин, мог понять нежелание Сергея жить с женщиной, которую не чувствуешь своей, насколько бы чудесной в целом она ни была.
Да, Яр понимал.
