– Я танцевал с Джиллиан Макелрит, чтобы Колин и Гриффин могли наедине поговорить о делах. – Это нельзя было назвать ложью. Конечно, он танцевал с Джиллиан еще и затем, чтобы она рассказала ему очень важные для него вещи.
– Вы танцевали с Джиллиан, чтобы она не смогла расслышать, что обсуждают лорд Грантем и его светлость?
– Сара! Вы замучили меня упреками, – пошутил он.
– Я вас прекрасно знаю, Джарред, – сказала она. – В детстве вы с вашими приятелями только и делали, что шептались по углам и секретничали.
Джарред не помнил, чтобы Сара была где-то поблизости, когда друзья навещали его в Шеппердстон-Холле.
– Откуда вы знаете, чем мы занимались? – поинтересовался он. – Вы никогда не приходили, когда приезжали Грантем и Абернати. – Он не разрешал ей таскаться за ним, когда его друзья были рядом.
– Да, вы не приглашали меня в вашу компанию, но я при каждом удобном случае за вами подглядывала.
Это признание его поразило.
– Вы за нами шпионили?
– Ну конечно, – самодовольно усмехнулась Сара.
– И как долго это продолжалось?
– С утра, если только удавалось незамеченной убежать из дома. И до вечера, пока тетя Этта не позовет домой ужинать.
– Нет, – покачал головой Джарред. – Я хотел сказать – сколько лет это длилось?
– Я занималась этим постоянно.
– Как? Даже до последнего времени? – изумился Джарред. – Или все же только в детстве?
– В последнее время вы не появлялись в Шеппердстон-Холле, – напомнила она. – Вы жили в Лондоне. Вокруг Шеппердстон-Холла обычно кипела жизнь, верховые приезжали и скакали прочь, но только когда в доме находились вы или лорд Грантем. В последнее время там все было спокойно, должно быть, потому, что в доме никто не живет с тех пор, как лорд и леди Грантем провели там свой медовый месяц.
– Неужели же вы посмели?..
– Конечно, нет! – возмутилась она. – Мне бы и в голову не пришло следить за новобрачными. – Если бы только это был не Джарред и другая женщина! – Я услышала, что в Холле кто-то поселился, и спросила об этом у отца. И он сказал, что это ваш друг лорд Грантем с молодой женой. – Она мило улыбнулась Джарреду. – Очень любезно было с вашей стороны предоставить ему свой дом. Мне всегда казалось, что это идеальное место для медового месяца. – Сара с улыбкой закрыла глаза и отдалась мечтам, пока Джарред кружил ее по залу.
– Неужели? – Он снова выгнул брови.
– Да!
– Вы могли бы спросить у леди Грантем, каково ее мнение на этот счет, – посоветовал он.
– Да, могла бы, – сказала Сара, открывая глаза. – Но гораздо больше мне бы хотелось выйти за вас замуж и самой убедиться, так ли это.
Джарред растерялся. Он почувствовал себя лисицей в западне. Его охватил ужас от того, что его жизнь, по-видимому, висит на волоске.
– Я полагал, вы не хотите замуж. Я полагал, вы решили стать куртизанкой. – Он пронзительно посмотрел на нее.
– И что? – спросила она, наконец-то понимая, что имела в виду тетя Этта, говоря ей о муках неразделенной любви. – Вы хотите поймать меня на слове?
– Я отчетливо помню, как вы говорили, что из меня получится отличный любовник, но никудышный муж.
– Это я вам солгала, – просто ответила Сара.
– Зачем?
– Затем, что я вас люблю, Джарред.
Он замер.
– Вы говорите, что меня любите, и в то же время лгали мне.
– Да, – признала она. – И я бы снова солгала, лишь бы дать вам то, что вы хотите.
– Не понимаю, – нахмурился он.
– Да, вы не понимаете, – кивнула она. – И самое печальное, что вы можете так никогда и не понять. Любовь не всегда требует, Джарред. Иногда она и отдает.
– И я способен отдавать, – запротестовал он. – В «Капризе Элеоноры» я не только брал. Я и давал тоже.
– Да, – согласилась она, улыбаясь своим воспоминаниям. – Вы подарили мне несказанное наслаждение и позволили подарить наслаждение вам. И я всегда буду вам благодарна за то, чему вы меня научили. Но вы отдавали мне только тело, Джейс. Но не сердце.
– Я плохо представляю, как это можно сделать с сердцем, – сказал Джарред. – Я умею его только защищать.
– Тогда вы должны понять, что я как раз пыталась сделать именно это, – сказала она ему. – Когда я мечтала о вас, то всегда представляла, как вы встретите меня взрослую, только раз посмотрите на меня, упадете к моим ногам и попросите стать вашей женой. Но вы не скрывали, что никакая жена вам не нужна. Тогда я постаралась стать вашей любовницей. Когда и это не вышло, я попыталась убедить вас, что стану любовницей кого-то другого.
– Но зачем?
– Чтобы заставить вас ревновать, – призналась она. – Заставить вас признать, что и вы чуточку в меня влюблены. Но вы не испытали ревности. И вы не любите меня – даже самую малость, – а я уже не могу больше притворяться.
– Сара…
