Что могло быть бо́льшим шоком, чем смятения чувств великого лорда? Я думала, после признания господина в запутанности его мыслей обо мне, удивляться мне уже будет нечему в этой жизни. И вдруг… мой брат маг! Искусственно созданный. Почти погибший. И вдруг воскресший, переродившийся в мага простолюдин? ДА ЛАДНО?!!!
Это же… это же… УЖАС просто! Нет, не просто. Это катастрофа! Он и так был мега крутой, и спасу от него не было. А став магом, Брайтон будет совершенно непобедим. Моя детская мечта, когда-нибудь опрокинуть заносчивого гада на лопатки только что треснула по всем швам и разлетелась пылью. То есть стать качественным рукопашником и доказать брату, что я ого-го боец, еще был шанс, когда-нибудь. Но с магом я точно не справлюсь. А пока я не одолею его в очередном хоть и учебном, но все же поединке, он не начнет относиться ко мне серьезней, чем к надоедливой малявке. Конечно, я выторговала у лорда свободу действий по достижении восемнадцати лет. Но с Брайтоном такие торги не пройдут. Пошлет лесом, запрет под замок и чтоб не сильно дулась, пригрозит отдать замуж. И вот судьба у меня жить любимой куклой, а стать на ноги и не знаю… например открыть свою лавку в столице… быть независимой женщиной… это он мне точно не позволит. В самом лучшем случае, сделает вид, что позволяет, но сам обложит меня следящими и охранными артефактами, которые будут меня при любом моем учащении пульса, переносить в безопасное место, где-то за его спиной.
Нет, мне надо ему доказать, что я смогу прожить сама. Сама себя обеспечивать. Сама за себя постоять. Но Брай человек, который уважает только силу. Меня он любить может. Оберегать. Понимать. Сочувствовать. Но уважать будет только силу. И сейчас истаял мой последний шанс что-то ему доказать в этой жизни.
Скиснув, я печально сунула в рот мерзкую конфету с ягодным мармеладом внутри. Скривилась. Гадость какая! Ненавижу мармелад! Но уперто проглотила невкусную сладость и звонко стукнула фарфором, неаккуратно задев чашкой блюдце. Холодный чай, не смотря на свое успокоительное предназначение, совершенно не помог. Я зло фыркнула и сделала еще глоток, желая смыть неприятный вкус изо рта, и горечь разочарования из сердца. Никогда мне не стать свободной и независимой. Вздохнула. Неудачно. Захлебнулась чаем. Жидкость хлынула, как говорят, не в то горло. Посуда с громким бздынем упала на пол, рассыпаясь на живописные осколки, а я задыхаюсь, не в силах откашляться. Из глаз брызгают слезы. Горло разрывает. А в голове мысль неуместная, что лучше подохнуть сразу, чем не найти способа жить так, как мне хочется, без надзора и указов.
По спине гулко хлопают мужские руки, заставляя выплюнуть жидкость, но я это отстраненно как-то чувствую, не осознаю.
- Да ты только хуже так сделаешь, глубже пройдет, не откачаешь, - сетует знакомый глубокий голос. Моего лица касаются горячие руки, заставляя выпрямиться. Сквозь пелену слез вижу лицо господина прямо перед моим. Он спускает одну ладонь мне на грудь и становится нестерпимо жарко там. Колдует. Гулкий удар внутри, словно взрыв где-то в груди или выше и я непроизвольно выплевываю свой смертоубийственный чай прямо в лицо великому дракону. Мда… неловко получилось. Но я не виновата. Он сам заставил жидкость выплеснуться. Он колдовал, насильно вытолкнув роковой глоток чая.
- Простите, - хрипло пискнула я, глядя из-под упавших на глаза волос, как утирается локтем его светлость. На лице господина выражение смешливого недоумения. А я сгораю от стыда. Поднять взгляд нет ни сил ни духу. Дракон сам поднимает мое лицо своими ладонями, всматривается в мои глаза, непонятно что, пытаясь увидеть в них.
- Ничего, - спокойно отвечает лорд, а я замечаю на его бровях капли чая и смущаюсь, снова пряча лицо за волосами. Буквально пара мгновений нашего междусобойчика, и брат спешит отпустить мои плечи, за которые удерживал, пока его светлость колдовал.
- Ты как, мелкая? – присаживается рядом Брайтон. Видимо по спине меня он стучал. Обнимает, упирается лбом мне в висок. – Напугала, Ди, посмотри, -показывает свою ладонь, что нервно подрагивала.
- Ты же храбрый, - укоряю я. Горло саднит, словно разорванное.
- Храбрым не зазорно бояться за любимых людей, - признается он и бросает взгляд на оплеванного лорда. – Простите, милорд.
- Не прощу, - сужаются глаза дракона, и он осуждающе смотрит на моего брата. – Бояться и переживать за любимых не зазорно, Брай. А терять самообладание и паниковать, когда надо действовать расчетливо, просто непростительно.
Брат поджимает губы. Его руки сжимаются в кулаки. А дыхание резко обрывается.
- Справедливый укор, мой лорд, - нехотя признается он.
