— Я сделал это! — хмыкнул адмирал, вскочив с кресла. — Я победил их, — сказал он, кивая на экран с вспышками быстро удаляющихся патрульных катеров.
— Вы победили их, сэр, — кивнул Сарис, тоже поднимаясь. — Мы отобрали у них лучшее, что у них было, но этого оказалось недостаточно.
— Как насчет артиллерии? — спросил будущий губернатор, не решаясь вставать со своего места. — Разве они не угроза нам? Разве вы не должны покончить с ними?
— Это мелочь, — махнул рукой адмирал. — Грузовые корабли, пуляющиеся ракетами, больше ими не бросаются, так ведь, старшина?
— После последней волны ничего не было, сэр.
— Готов поспорить, что у них больше ничего нет? Последняя ракетная волна предназначалась для того, чтобы отвлечь наш огонь от атаки патрульных катеров, — сказал адмирал. — А другие корабли всего лишь пытаются выглядеть, как быстрые патрульные катера. Готов спорить на месячное жалованье, там яхта Эла Лонгнайф и игрушки его приятелей, таких же денежных мешков. Может, на них и установлены импульсные лазеры двенадцатого калибра, но на что они могут надеяться после того, как патрульные катера с восемнадцатидюймовками потерпели неудачу? Что до тех «линкоров»… Старшина, расскажите нам о том, насколько нечеткие реакторы на этих, так называемых, «линкорах». Хотя, на самом деле нет, не стоит. Если бы на них были установлены настоящие лазеры, они бы приблизились к зоне досягаемости, пока нас атаковали катера, сделали бы несколько выстрелов. Неважно, насколько они старые и паршивые, мы бы ощутили попадания.
— Они не стреляли. Им не из чего стрелять. Король Рэй Лонгнайф проводит слишком много времени на маскарадных балах. Неужели думает, что сможет нас обмануть парой масок и перьев? Что ж, Лонгнайф, рано или поздно маски будут сброшены, перья выдернуты и ты останешься голым.
Адмирал ткнул пальцем в экран, где виднелись уходящие из зоны поражения корабли.
— Это ни что иное, как перья и блестки. Эсминцам следовало воспользоваться шансом и выстрелить. Они трусы, — сплюнул он. — Лейтенант, прикажите кораблям сбить последние из приближающихся ракет, а затем брать курс на Верхний Вардхейвен. Мы придем точно по расписанию. И да, прикажите включить радиаторы, давайте уберем тепло с моих кораблей. Я хочу чтобы корабли остыли, когда мы выйдем на орбиту. У нас задача хорошенько раскалить Вардхейвен и я не хочу, чтобы на моих кораблях что-нибудь мешало сделать это быстро и эффективно.
— Да, сэр.
Адмирал посмотрел на начальника штаба и расплылся в улыбке. Приятно осознавать, что он может выполнить задачу, порученную политическими хозяевами.
— PF-109, говорит буксир 1040. Держитесь, мы подходим к вам.
— Держимся, буксир 1040, — ответил Томми и печально покачал головой. — У нас сухие баки.
Они вложили все силы и энергию, чтобы пролететь мимо линкоров, и только когда оказались вне зоны лазера, попытались выйти на орбиту. Потребовалось все, что у них было, чтобы подлететь достаточно близко и их мог перехватить буксир.
Вот только баки оказались сухими. Вся команда мостика сидела на своих местах и испуганно молчала. Они бросили все, что у них было, в атаку на линкоры… а линкоры словно ничего не заметили.
Кроме одного, который достали Хизер и Чандра. И заплатили за это полную цену.
Крис осмотрелась. Каждый присутствующий на мостике катера испуган. Они вложили все, что у них было, в атаку и отход. Корабельная форма пропиталась потом, а лица вытянуты от того, что приходилось идти на трех g. Крис видела потускневшие от усталости лица. Опущенные плечи. Есть что-то еще, что они могут дать?
Как только катер стал ложиться на орбиту, Томми отключил боевую сеть и начал сам напевать что-то похожее на некую смесь ирландских мелодий. Пел тихо, еле слышно, но притихшая Крис слышала слова. Одна даже понравилась, про мальчика-менестреля. Только с третьего припева до нее дошло, что этот мальчуган погиб на войне. В голове конкретная каша.
— PF-109, это буксир 1040, мы подходим к вам. У нас тут профессиональные спасатели любезно предоставленные фирмой братьев Йохансон, они готовы подвести к вам линии электропередачи, так что держитесь прямо.
— Держимся устойчиво, буксир 1040. Как уже говорил, курс мы изменить не можем, даже если очень захотелось бы.
— PF-109, хотелось бы, чтобы вы правильно нас поняли. У нас тут реакционная масса, которую нам нужно передать вам вместе с антивеществом. Еще у нас на борту несколько «Фоксеров», на случай, если у вас закончились. Еще есть двенадцать AGM-944 из тех, какими вы там разбрасывались.
— Где вы их взяли? — оживилась Крис.
— Завод прислал по бобовому стеблю так быстро, как только смогли. Последняя партия, прибыла как раз, когда мы уже задраивали люки. Ракет у нас на каждый ваш катер по двенадцать штук.
— На сколько катеров?
— На двенадцать, — тихо сказал капитан буксира.
— Нас осталось десять.
— Нам жаль.
— Томми, не желаешь зарядиться?
— Разве PF-104 и 111 не разрядились полностью первыми? Они были в группе Хизер и Чандры и выпустили все, что у них было.
— А ты следом.
— Свяжитесь с ними, они должны быть первыми, — сказал Томми.
