Джиллиан работала быстро, хотя искала нечто не вполне определенное. Ей нужен был адрес мистера Олтетена, чтобы послать ему рецепт снадобья для его легких. Она рассматривала и другой вариант, предполагавший прямой вопрос об этом, обращенный к графу, но тогда бы он точно поинтересовался, зачем ей нужен адрес стряпчего, а это была уже опасная территория. Настоящая Аманда ничего не понимала в травах и лекарственных растениях. Ей требовалась лишь настойка опия, чтобы заснуть.
Опять же, здесь возникал риск повстречаться с мистером Олтетеном. Как-никак, но в Лондоне он был единственным, кто знал ее в лицо. И он обязательно вспомнил бы Джиллиан. Лучше всего будет отыскать его адрес и затем послать ему рецепт анонимно. Она не имела права больше рисковать.
Итак, Джиллиан продолжала просматривать все бумаги в поисках адреса мистера Олтетена. Он был стряпчим еще у отца Стивена, так что у молодого графа обязательно должны быть его координаты.
Джиллиан работала в лихорадочном темпе. Она вытащила пачку гроссбухов, подумав, что Стивен мог записать адрес там. Когда она пробежалась глазами по аккуратным колонкам цифр, увиденное ошеломило ее. Оно и понятно: граф владел громадным состоянием! Неудивительно, что к крошечному имению в Йоркшире относились с пренебрежением. Это была лишь унылая кроха в общем изобилии его земель и прочего имущества.
Джиллиан аккуратно сложила бухгалтерские книги на место и перешла к самому нижнему ящику слева – своей последней надежде. Быстро открыв его, она была откровенно изумлена тем, что увидела там. Пистолет и ящик для денег вызывали удивление, но все же не были чем-то необычным. Можно не сомневаться, что такие вещи лежат в письменных столах у многих джентльменов. Внимание ее привлекли четыре книжицы в потертых кожаных переплетах. Взяв одну из них, она сразу же догадалась, что это был дневник.
Выходит, чопорный граф Мавенфорд вел дневник. Какая находка!
Не в силах устоять перед искушением узнать побольше о своем неприступном попечителе, Джиллиан открыла первую страницу. Здесь своим детским почерком юный Стивен сделал запись о том, что на восьмой день рождения он получил в подарок свой первый дневник.
Быстро листая страницы, она видела регулярные записи, фиксировавшие хронику жизни юноши. Здесь были очаровательные эссе, посвященные домашним учителям и гувернерам с кислыми недовольными лицами, слишком уж витиеватые любовные стихи, адресованные женщине по имени Бетти, и результаты научных исследований лучших способов рыбной ловли.
Последующие три книжки были продолжением первой и тоже отражали его жизнь. Забыв о своей первоначальной цели, Джиллиан быстро пролистала последний дневник и нашла день своего приезда в Лондон. Что же он мог записать здесь о ней?
– Вы нашли все, что искали?
Низкий голос графа разом оборвал все ее мысли, и Джиллиан буквально подскочила на месте. Быстро взглянув через плечо, она действительно увидела Стивена – прочитав его юношеские стихи, Джиллиан теперь не могла думать о нем как о графе. Сейчас он выглядел грозно. Одетый в элегантный строгий черный костюм, он холодно смотрел на нее; темные брови его были грозно нахмурены, а лицо дышало гневом.
– Уф, простите, что вы сказали? – мило переспросила она, четко понимая, что одной дерзостью тут уж никак не отделаешься, но тем не менее решила попробовать снять напряжение ситуации, поскольку других вариантов не предвиделось.
Когда он прошел в комнату, взгляд его глаз напомнил ей зимний шторм на море – холодный, неистовый, смертельно опасный. Грили у него за спиной только испуганно покачал головой, а затем предусмотрительно закрыл дверь библиотеки.
– Что вы делаете за моим письменным столом, Аманда?
– Я, собственно говоря, искала адрес, но просто отвлеклась.
Джиллиан опустила глаза и начала укладывать дневники обратно на свое место в ящике стола. Внезапно, повинуясь какому-то непонятному порыву, она осторожно сунула последнюю книжку в карман, и теперь она лежала там, тяжело прижимаясь к ее бедру.
– Отвлеклась, говорите? – переспросил теперь уже Стивен, подходя к буфету, чтобы налить себе бренди. – Это так вы называете чтение приватных записей другого человека? А я называю это вторжением в свою личную жизнь, и это серьезное, очень серьезное преступление.
Джиллиан тщательно закрыла стол и встала, покорно сложив руки перед собой. Тут она заметила свою отмычку из проволоки на столе и едва не ударилась в панику. Он не должен этого видеть. Он может подумать, что она зарабатывает себе на жизнь тем, что взламывает чужие замки.
Но было уже слишком поздно. Как только она прикоснулась к проволоке, его большая рука тут же накрыла ее ладонь, и теперь он поднял отмычку и принялся ее рассматривать.
– Боже мой, Аманда, похоже, я вас недооценивал. Оказывается, вы весьма опытны в воровстве.
– Я ничего не крала! Говорю же вам, мне нужен был адрес.
