Непокорная ведьма полностью

Гидеон вдруг вспомнил свой сон, где Руна забралась к нему в постель. Где он чувствовал мягкость и тепло ее тела.

Так это был не сон.

– Крессида собиралась ее убить, – заметила Серафина. – И не убила только потому, что я дала ей желаемое: назвала имя пропавшего наследника Роузбладов.

У Гидеона закружилась голова.

Крессида знает, что Руна – ее сестра.

Кто еще мог об этом знать?

Гидеон знал, что здесь, на виду у всех, Серафина не признается, кто этот наследник: она ни за что не подвергнет жизнь Руны опасности. А вот если Руна снова попадет в лапы Крессиды…

Он оттолкнул стул и резко встал.

– Где находится этот горячий ключ?

Руна стояла под водопадом спиной к нему. Закрыв глаза, она подставила лицо потокам воды. Бледное обнаженное тело резко выделялось на фоне темно-серого камня.

Волосы Руна перекинула через плечо, так что Гидеону прекрасно было видно, какой урон ей нанесли.

Вся ее спина была исполосована. Агрессивно-красные отметки тянулись от плеч к бедрам – глубокие, свежие шрамы. От их вида у Гидеона сжималось сердце.

А при мысли о том, что Руну посмели высечь, его захлестывала ярость.

Он дал себе слово, что заставит Крессиду поплатиться за содеянное.

Спешившись и мысленно поблагодарив Барта, одолжившего ему лошадь, Гидеон ступил на блестящие гладкие камни.

– Так ты поэтому меня избегала?

Руна подпрыгнула от удивления и резко повернулась. Глаза у нее были красные, заплаканные.

– Что… что ты здесь делаешь? – Она схватила с ближайшего камня полотенце и поспешно закуталась в него, спряталась от взгляда Гидеона, а потом двинулась в сторону Леди, щипавшей травку неподалеку. – Тебя не должно здесь быть.

Гидеон поспешно преградил ей путь, чтобы Руна не сбежала.

– И где я, по-твоему, должен быть?

На сей раз он не даст ей уйти от разговора.

Ответа у Руны явно не было, и она молча попятилась, ступая босиком по камням, пока не вернулась к воде. Полотенце тут же вымокло.

– Руна. Почему ты мне ничего не сказала?

Вместо ответа она съежилась, и на лице ее проступило отчаяние.

В этот момент Гидеон вдруг осознал, чем вызван ее страх, и понял, что все совершенно логично. Теперь Руна на своей шкуре узнала, каково оказаться во власти Крессиды.

И она в ужасе.

Гидеон шагнул ей навстречу, не обращая внимания на водопад. Он промок насквозь за несколько секунд.

– Я ее сестра, – произнесла наконец Руна, будто его это могло оттолкнуть.

– Мне все равно.

Точнее было бы сказать, что ему далеко не все равно, но лишь потому, что он осознавал, чем подобное родство грозит самой Руне.

Она удивленно вскинула голову.

– Тебе… все равно?

Гидеон ласково взял ее за руку, чтобы она не сбежала, нежно провел большим пальцем по костяшкам.

– Позволь мне взглянуть на твою спину.

Руна явно намеревалась отказать, так что он обхватил обеими руками ее лицо и пристально посмотрел в глаза.

– Позволь мне взглянуть. Пожалуйста.

Ссутулившись, Руна повернулась. Промокшее полотенце упало на камни, открывая спину, и Гидеон со свистом втянул воздух.

Спина Руны была испещрена бороздами шрамов. Красные следы ударов крест-накрест тянулись по бледной гладкой коже. Некоторые уже зажили, но были и те, что до сих пор кровоточили. Гидеон с трудом подавил рыдания.

– Руна…

– Знаю. – Голос ее сорвался, и она закрыла лицо руками. – Я омерзительна.

– Нет! – яростно выпалил он. Как она могла так думать? Гидеон шагнул ближе и обвил руками ее талию. – Это попросту невозможно.

Склонившись, он коснулся губами шрама у нее на плече, поцеловал вздувшуюся кожу. Руна тихо выдохнула. Он поцеловал другой шрам, и все ее тело, казалось, расслабилось.

– Я никогда не встречал такой доброй, умной, смелой девушки, как ты. – Снова и снова он целовал ее шрамы, очерчивал их контуры губами. – Эти шрамы – лишнее тому доказательство.

И тут он осознал, что не чувствует боли. Он мог беспрепятственно прикасаться к Руне.

Проклятье было разрушено, но какой ценой! Руне причинили столько боли, а от ее былой храбрости ничего не осталось.

– Она могла убить тебя. – Он притянул Руну ближе, прижался щекой к макушке. – Зачем было так рисковать собой?

– Потому что мне невыносима была мысль о том, что ты страдаешь из-за Крессиды. – Руна огладила его руку от плеча до запястья, сжала его пальцы. – А еще потому… – Она не стала поворачиваться к капитану всем телом, лишь повернула голову, ласково прижалась виском к его щеке. – Еще потому, что я дуреха, которая влюбилась в охотника на ведьм. Дуреха, которая надеялась, что, возможно, ее чувства взаимны. А раз так, я не хотела, чтобы хоть что-то помешало нам снова быть вместе.

На сей раз она повернулась всем телом, и Гидеон вынужден был ослабить хватку. Руна внимательно изучала его лицо, а по щекам ее катились слезы.

Она коснулась пуговиц его рубашки, и в глазах ее читался немой вопрос. Гидеон кивнул и позволил расстегнуть их. Позволил снять с него промокшую насквозь рубаху и отбросить ее на камни, туда, где уже лежало полотенце.