Вот только было уже поздно. Поезд уходил со станции. Если они намеревались поймать Руну, надо было оказаться на следующей остановке раньше состава, а это было совершенно невозможной задачей, хоть пешком, хоть верхом.
Солдаты понеслись за собакой, а ведьма вытащила из-за пояса Гидеона пистолет и прижала ствол ему между лопаток.
– Мне было приказано доставить тебя живым или мертвым. – Она подтолкнула его к железнодорожной колее. – А теперь
Руна пробиралась по переполненному проходу, выискивая свободное место.
В вагоне негде было яблоку упасть. Розовощекие дети сидели на руках у родителей – иногда не по одному, а по два-три ребенка. Взрослые стояли в проходе, а в сторону отступали лишь для того, чтобы пропустить Руну. Либо проводник, проверявший билеты, сжалился над половиной пассажиров, либо его подкупили, и он посадил в поезд гораздо больше людей, чем вмещал состав.
Так или иначе, причины давки Руну не волновали.
У нее получилось.
Она нашла свое место, и напряжение, в котором она так долго находилась, наконец-то отступило. Руна села и повернулась к окну. От открывшейся картины перехватывало дыхание. По другую сторону неистовствовала толпа. Люди размахивали купюрами, пытаясь привлечь внимание проводников. Хотя ступеньки уже подняли, они все еще лелеяли отчаянную надежду попасть на поезд. Некоторые плакали, прощаясь с любимыми – с теми, кому удалось попасть в вагон.
– Я уж думала, не сядем, – произнесла женщина с ребенком на руках. Она сидела через проход от Руны. – И что теперь будет?
Муж склонился к ней и поцеловал в темечко.
– Не знаю, – сказал он, а потом взял ее за руку и крепко сжал пальцы. – Но мы вместе, а это самое главное.
Руна отвернулась, глотая слезы.
Снова раздался свист поезда.
Руна поймала свое отражение в зеркале, и на мгновение даже обезумевшая толпа отступила на второй план. В стекле отражалась не иллюзия, а настоящее лицо Руны. В конце концов, на стекла магия не действовала.
Рассматривая собственное лицо, Руна снова задалась вопросом, не дававшим ей покоя.
Какова настоящая Руна Уинтерс?
Как бы старательно она ни выискивала в собственной внешности сходство с бабушкой, в ней не было ничего от Кестрел Уинтерс. С точки зрения логики, этого следовало ожидать: бабушка воспитывала ее, но кровной связи между ними не было. Однако, как бы Руна ни пыталась, она не могла найти ни единого сходства со сводными сестрами. В ней не было ничего от Крессиды. И от Эловин тоже. И от Анали́з.
И тут, изучая собственное отражение, Руна вдруг осознала, что уже встречала такой же цвет волос, как у нее. И цвет глаз. И форму челюсти.
На самом деле она видела все это не у одного человека, а у трех. Причем совсем недавно.
В груди вспыхнуло пламя – дикое и яркое, подобное только что зажженной свече.
Она попыталась отмахнуться от этого ощущения. Нельзя было идти по этому пути. Она для себя все решила:
С пыхтением поезд медленно двинулся вперед. Руна прислонилась виском к холодному стеклу. Совсем скоро она вырвется из когтей Крессиды. Совсем скоро навсегда сбежит от Кровавой гвардии.
Переполненная платформа оставалась позади, и Руна вдруг ясно поняла:
Теперь уже ничто не могло заставить ее вернуться.
Спотыкаясь, Гидеон ступил на опустевшие пути. Ведьма неумолимо толкала его в спину. Платформа станции осталась позади.
Поезд уехал.
Он старался не думать об этом. Старался сосредоточиться на том, почему эта ведьма ведет его на сортировочную станцию, вместо того чтобы посадить на лошадь и отправить прямиком к Крессиде.
Возможно, стоило ее поблагодарить.
– Крессида передает наилучшие пожелания, капитан Шарп.
– Пусть Крессида катится к черту.
– Я передам ей твое сообщение. Вместе с твоим окровавленным сердцем. – Она сильнее вдавила заряженный пистолет Гидеону между лопаток.
Он понятия не имел, насколько она сильная и какие заклинания припасены у нее в рукаве, но в одном был уверен: если попытается хоть что-то предпринять, она выстрелит и убьет его.
– Немного печально, тебе не кажется? – Он пытался потянуть время. Пытался придумать, как сбежать. Под дулом пистолета он перешагнул железную оградку и двинулся дальше. В его распоряжении была разве что коробка пуль в кармане. Сам-то пистолет был у ведьмы. – Крессида не смогла завладеть моим сердцем благодаря своему очаровательному характеру, так что теперь она отправила
Пистолет впился в спину.
– Продолжишь поносить королеву, и я привяжу тебя к этим путям, чтобы ты издалека увидел свою смерть.
Она бы могла, если бы захотела. Пойдут ведь и другие поезда. В столицу – товарные, с продуктами, углем и прочими нужными вещами. Крессида хотела выиграть войну, а значит, припасы ей понадобятся.
Его вдруг охватила дерзость.
– Крессида Роузблад никогда не будет моей королевой.
– Ты у меня сейчас захлебнешься этими словами.
