– Коновалова мне давно нравится, но она постоянно увлечена своим Дёминым. Я пытался привлечь ее внимание и решил помочь в одном деле. Этим делом была ты и Изабелла. Почему она решила избавиться от твоего лошади – я без понятия, но когда она хлопала своими красивыми глазками и обещала после этого дать мне шанс на наши отношения, то пришлось переступить через самого себя и сделать это. Мне нужно было всего лишь вывести Изабеллу с территории и куда-нибудь спрятать, но после меня заела совесть, и я почти сразу же вернул ее обратно, однако мы не вписались в поворот, и Изабелла упала перед самым забором, повредив ногу. Да, я как трус сбежал, потому что испугался. Но Юлиан быстро понял, кто это сделал, и конкретно мне всыпал – аж до сих пор болит челюсть, – он притронулся к лицу, на котором уже потихоньку заживали мелкие ссадины и медленно желтели пара огромных синяков.
– Ну ты и тварь, Гена. Ну что, стали встречаться? – мне было плевать на то, услышит ли меня тренер, но мой крик было слышно на всю округу точно. Я толкнула парня в грудь, отчего он пошатнулся, но возмущаться не торопился. Видимо, понял, что заслужил мои злость и негодование.
– Нет. Она только кормит обещаниями, но сама продолжает кружиться возле Степы, и это начинает меня бесить еще больше.
– Вот сейчас я спрошу у нее лично, зачем она это сделала!
Я направилась в сторону выхода. Гена поймал меня за руку, пытаясь остановить. Мною двигала злость, я вообще не верила, что такой хороший человек, как Женя, могла такое сделать.
Она сама говорила, что ровняется на меня, хочет быть такой же, улыбалась мне, пыталась подружиться. А на деле оказалась двуличной!
– Пусти! Я вырву ей все космы за то, что из-за нее моя лошадь пострадала. Я не оставлю это просто так! – Я пыталась вырвать руку, сквозь боль тянулась вперед к двери.
В конюшню заглянули Юлиан и Гордей, о чем-то переговариваясь между собой. Но мне было настолько все равно, что я их даже не заметила, когда прорывалась. Харитонов удерживал меня на месте, сдавливая запястье. Я чувствовала боль, но кричать не хотелось, лишь бы поскорее вырваться и пойти к Коноваловой, пока та не ушла.
– Гена, что происходит? – Третьяков схватил парня за шкирку, направляя сжатый кулак в сторону лица, но его остановил Филатов, отрицательно качая головой.
Харитонов ослабил хватку на секунду, которой я воспользовалась и выбежала на улицу, ища глазами девушку. Ее светлую макушку не трудно было отыскать среди темноволосых парней. Она стояла в сторонке и хихикала над шутками Дёмина.
– Да вы ее держите, а не меня! Агата пошла с Женей разбираться, – кричал Гена, находясь в ловушке парней. А я же не стала терять ни минуты и быстрым шагом дошла до весело хохочущей Коноваловой, появляясь из-за спины Степы.
– Ну что, поделишься со мной тем, почему ты так сильно меня ненавидишь?
– Что? Агата, ты о чем? – Женя и правда продолжала строить из себя милого и невинного ангелочка. Конечно, рядом же стоял Дёмин, нужно было выглядеть в его глазах жертвой обстоятельств.
– Ты чего? – Степан положил мне руку на плечо.
– Егорова, что за шум ты устроила? Всех на уши подняла, – возник рядом тренер. Вокруг нас собирался любопытный народ, перешептываясь.
Я хищно смотрела на Женю, давая ей понять, что сейчас выскажу все, что знаю о ней и ее проделках. И даже все равно, что пострадает плюсом Харитонов, потому что тот виноват не меньше.
– Ничего, мы тут сами разберемся, – Коновалова без всяких сомнений играла очередную роль на публику, улыбаясь каждому. После она взяла меня за руку и потащила в тихий угол, где я чаще всего переговаривалась с тренерами и Юлианом.
Женя резко отпустила меня и повернулась, показываясь во всей красе. Вот оно – настоящее лицо дьявола. В глазах виднеется превосходство над другими и стальная выдержка, а на губах уже не сияет та дружелюбная улыбка, что была до этого.
– Обязательно было кричать на всю округу? Подошла бы, спокойно поговорили. – Она присела на кучку сена, как на мягкую подушку и устремила свой взгляд в потолок, что-то там выискивая.
– У меня только один вопрос: зачем?
– Зачем я использовала твою лошадь? Чтобы избавиться от твоего общества. Вот, Агата такая хорошая, такая способная, вся из себя красивая. А каков характер, что даже парни позавидуют, – она передразнивала слова моих тренеров, которые и правда всегда меня хвалили за хорошие показатели и результаты на выездках. Их ее уст это звучало просто противно.
– Я смотрю, ты тоже страдаешь таким ужасным чувством, как зависть. А завидовать нечему. Я такой же обычный человек, который просто прикладывает кучу усилий для того, чтобы быть первой.
– Тоже? – ехидно ухмыльнулась девушка.
– А мне скрывать нечего. Я завидовала своему лучшему другу, что он каждый раз занимает первые места и не дает мне никакого шанса на победу. Но это не повод вредить человеку и издеваться над его же лошадью.
– Вот как. Вся правильная из себя. Бесишь.
