Папа больше не вернулся в институт, а открыл частный Центр индийской культуры в сотрудничестве с индийским посольством, а в нем школу йоги нескольких ступеней – от начинающих до продвинутых. Мама работала вместе с ним в центре. Алиса же училась в школе, а все свободное время проводила там же, в центре, занимаясь йогой и работая вместе с персоналом. И совсем неудивительно, что в центр пришла и Жанна Игнатьевна.
Алисе нравилась ее новая жизнь: и то, что она снова с мамой и папой, и то, что бабушка так изменилась, и занятия в центре.
Но, увы, все хорошее имеет одно неприятное свойство – быстро заканчивается.
Через три года, когда Алисе исполнилось пятнадцать, родители собрались переехать в Индию насовсем. Виктору Марковичу поступило интересное предложение от его индийских партнеров – приобрести на острове Гоа небольшой туристический комплекс зданий в дорогой и престижной южной части острова, где расположены самые лучшие пляжи, лучшие курорты, самые дорогие отели и где отдыхают в основном богатые европейцы. Предложили за очень хорошую цену, сниженную потому, что владельцу срочно требовалось продать недвижимость.
Виктор Маркович слетал на Гоа, посмотрел комплекс и решил, что пора снова менять жизнь и перебираться в любимую страну.
И тут бабушка Жанна Игнатьевна поразила всех, высказав желание уехать вместе с сыном и невесткой. Дело в том, что за эти три года она не только всерьез увлеклась всем индийским, и йогой в том числе, но впервые по-настоящему поняла своего сына, прониклась истинным уважением к нему и даже где-то преклонением перед его мощной личностью. И как-то само собой у нее случился роман с одним из преподавателей йоги из центра – шестидесятилетним Максимом Павловичем, человеком неординарным и ярким, к тому же йогом с большим стажем, который также изъявил желание следовать за Виктором Марковичем на Гоа.
– А как же я? – растерянно спросила Алиса у отца.
– А ты останешься здесь, – спокойно ответил ей Виктор Маркович.
Посадил рядом с собой, обнял, погладил по голове и объяснил, как она будет тут жить без них.
– Ты сильная личность и очень разумная девочка, способная справиться самостоятельно со всеми трудностями. Ты прекрасная хозяйка и последние два года ведешь весь наш дом и быт, уж с этим ты точно управишься. А что касается окружающих, то им знать не обязательно, что мы переселились в Индию, врать не надо, просто говори всем, что мы уехали работать, это будет правдой.
К ним подсела мама и тоже погладила дочь по голове, взяла ее ладошки в свои руки и успокоила, мягко и чуть грустно улыбаясь:
– Милая, ты была старше и мудрее меня еще в свои пять лет. Ты прекрасно справляешься с жизнью, просто будь внимательна и аккуратна с людьми, всегда сначала пытайся разобраться, что за человек, и только потом решай, пускать ли его в свой круг общения и в свою жизнь. Мы всегда на связи и в любой момент готовы помочь. К тому же дедушка остается за тобой присматривать.
Они уехали. Марк Александрович и на самом деле присматривал за внучкой издалека, но зорко: звонил регулярно, и в гости к нему и его новой жене Алиса ездила каждую неделю на старую квартиру на Фрунзенской, куда они перебрались после отъезда бабушки. Но, как ни странно, дед не вмешивался в ее жизнь, не наставлял, чтобы она переехала к ним, и не учил, как нужно правильно жить и что ей следует делать. Видимо, и он считал внучку вполне самостоятельной.
– Нет, – покачал, не соглашаясь, головой Красноярцев. – Если честно, я этого понять не могу. Вот так оставить пятнадцатилетнюю девчонку одну! Ты же малолетка была, подросток, могла натворить черт-те что и вляпаться во что угодно!
– Не могла, – усмехнулась его горячности Алиса.
Вечер тихо догорал, уступая место мягко наступающим сумеркам, и Алиса с Алексеем медленно брели, возвращаясь к дому.
– Мама права: у меня всегда было иное восприятие жизни, чем у сверстников. Меня мало интересовало то, что занимало всю их жизнь и было для них суперважным, трендовым и модным, то, что считалось продвинутым. И я никогда не чувствовала своей неполноценности, потому мне не требовалось самоутверждение в социуме и желание ему соответствовать, выпендриться как-то по-особенному и понравиться всем. Я не берусь разбираться в причинах такого поведения и ощущения себя в жизни, скорее всего, это потому, что с детства я росла по иным законам, чем все, да это и не важно.
– Еще опасней, что ты от других отличалась: дети жестоки до безрассудства, они ненавидят и изводят тех, кто выделяется из их массы и не соответствует их законам! Могла наполучать еще больше именно за это! – кипятился Красноярцев.
– А я от них и не отличалась, – рассмеялась звонко Алиса. – Я всех обманывала не обманывая.
– Это как?
