О матери своей ни хорошего, ни плохого сказать не могу – достойная женщина, дополнение к отцу и из меня пытается воспитать такое же дополнение к сыну Антеса, который мне уже противен – всех разговоров этого прыщавого дурака хватает на “ты знаешь, кто мой папа”, “ты – моя будущая жена” и “когда папа состарится, я стану главным Алхимиком”. Послушав речи этого напыщенного юнца минут пять, я начинаю с трудом сдерживаться от того, чтобы пнуть его ногой, лишив возможности иметь наследников...
Дамиан... Он красивый, умный и очень добрый. Я жалею о том, что вынуждена обманывать его... Он мой брат и все свободное от службы время возится со мной, как с маленькой. Мне это нравится – чувствуется, что я ему не безразлична...
– Здравствуй, дочь. Дамиан, отпусти Арэйн – она уже должна уметь ходить самостоятельно, а не путешествовать на руках у старшего брата.
Дамиан послушно опустил меня на пол.
– Рада видеть вас, отец. Простите мне моё отношение к брату, – я поклонилась и вышла из зала, оставляя Дамиана с отцом наедине. Послушать бы, о чём они говорят!!! Оглянувшись, не видит ли кто, я привычно подчинила окружающую технику, приказав выдать на камеры мое изображение, уходящее степенной походкой за поворот коридора в свои апартаменты и последующую работу за мольбертом. Сама тем временем открыла пятое измерение и достала спрятанные ранее устройства для прослушки, которые слегка м-м-м... усовершенствовала. Силой мысли забросив одно из них под шкаф в зале, где сейчас находились отец и брат, я приказала “жучку” передать запись на спрятанный в пятом измерении ноутбук(собранный мной из различного мусора двумя неделями ранее), после чего самоуничтожиться без всякого следа. “Жучок было жалко, но я не хотела рисковать – в конце концов, сегодня ночью у Антеса наворую еще микросхем и сделаю другой...
С чувством выполненного долга, Арэйн Шеллад – то есть я, бегом и вприпрыжку отправилась к себе в апартаменты...
Я проснулась и села на кровати, помотав головой. Какой-то странный сон... Я, но не я... У девочки во сне была внешность двенадцатилетней меня, но волосы... какого-то ровного платинового оттенка, да еще и светящиеся голубые глаза...
– Доброе утро, Рин. – И тебе, Сьюзи. Что сегодня нового?
Сьюзи начала перечислять список дел, которыми завалили меня члены команды. Отделавшись от помощи всем и вся,я просмотрела новую информацию по Корлусу и только собралась лечь спать (да-да, день прошел, а я еще и не обедала... и не завтракала... и не ужинала... и не хочу – устала...), как передо мной высветилась голограмма Сьюзи со словами:
– Эрика ждет в кают-кампании. – Уже лечу!!! – я быстро слетела с траходрома, как я окрестила новую кровать и наскоро одевшись побежала к лифту. Да меня тут не Эрика ждет, а вся команда, за исключением церберовцев... – Рин... ты лучше сядь, – посоветовала мне подруга. – Нафиг? Что-то настолько интересное, что я упаду? – Не знаю... Я вообще уже не знаю, что мне и думать... – Эрика, не тяни домашнее животное за продолжение позвоночника! Говори давай, что нарыла. – Нарыла... Как это близко к истине. Начну все с того, что мне пришлось преследовать террориста, торговца грязным НЭ и красным песком, к тому же “черного археолога” в придачу. – Черный археолог? – Найлус нахмурился. – Черные археологи занимаются нелегальными раскопками древних захоронений, которые запрещено проводить одним из законов Совета Цитадели. Ищут древние вещи, артефакты, технологии в курганах, – пояснила я Найлусу. – Вообще-то они называются... – Неважно. Мы – люди, употребляем более привычный термин. Так что там дальше, Рикки? – Так получилось, что мне пришлось проследовать за ним в одно из захоронений на планете Армени. Если об этом узнают, мне грозит немаленький срок, но сейчас не об этом... Этот копатель обнаружил часть древнего подземного города, всего лишь один зал. Обнаружил он его двадцать два года назад. С тех пор оттуда вынесено все, что можно, кроме собственно, тела, которого не было. – Захоронение без жмурика? – я хмыкнула, – ну да ладно. А волнуешься ты чего? – Дело в том, что там... там побыла похоронена... Видишь ли, этой гробнице около восьмисот тысяч лет, но вот настенные фрески сохранились очень хорошо, вернее это не фрески, а... посмотрите сами, в общем...
Я включила инструментрон подруги. Первая “фреска” – странная надпись.
– Рин, ты можешь прочитать, что там написано? – Сорвется печать и спадет проклятие, части души снова станут едины... бред полный, – с этими словами я открыла второй слайд и обомлела, причем команда тоже потеряла дар речи на долгое время... Все дело в том, что похоронена в этом склепе была...
Я... только не совсем я. У девушки были волосы и глаза, знакомые мне по сегодняшнему сну. В остальном она была полной моей копией. Внизу стояла надпись – “Арэйн Шеллад”.
Я положила инструментрон на стол и, не говоря ни слова, вылетела из кают-кампании.
====== Глава 73. Реинкарнация. Алика, Арэйн и польза актерского мастерства. ======
