– Мордин, ты хотел мне что-то сказать? – Верно. Запросил данные о твоем состоянии у Сьюзи. Просканировал. Результат весьма интересен. Раз в два-три дня ты умираешь примерно на сорок – сто тридцать минут. Пропадают пульс, дыхание и мозговая активность. Полностью. Потом ты просыпаешься и организм функционирует как ни в чем не бывало. Довольно интересно... – Мордин, стоп! Заткнись на минутку. Сьюзи?! – Да, Рин. – Когда это началось? За два дня до высадки на Корлусе, так? – Верно. Еще подобное состояние фиксируется... – Сьюзи назвала дни и время этих “клинических смертей”. – Понятно. Получается, СО МНОЙ ВСЕ НОРМАЛЬНО. Я знаю причину этих самых “смертей”.
После чего я встала и, ничего никому не сообщая, двинулась досыпать.
Найлус догнал меня уже в лифте.
– Рин... – Не здесь. Придем в каюту – все объясню.
Едва за нами двумя закрылась дверь в каюту, я подошла к душевой.
– Иди сюда.
Найлус послушался, посмотрев при этом на меня, как на сумасшедшую.
– Зайди в кабину и посмотри в зеркало. Кого видишь?
“О, Духи, и что я должен там увидеть? Чего она добивается? Смерти моей?” – подумал Найлус но в кабину все таки вошел и уставился в слегка запотевшее зеркало.
– Кого видишь? – спросила Рин. – Себя, – честно ответил Найлус. – А если так? – с этими словами Рин подошла к нему и встала рядом.
Но вместо слегка заспанной девушки на Найлуса из зеркала смотрела...
Тоже Рин, но...
Волосы почти белые, до пояса. Глаза светятся голубым светом. Вместо пижамы – темно-серый плащ, под которым виднеется нечто вроде спецназовской униформы...
– Кто это... – Дело такое, Найлус. По подсчетам Сьюзи получается, что я “умираю” в те дни, когда мне снятся сны про девушку, похороненную на Армени. Дочь канцлера Шеллада похожа на меня, как две капли воды + Предвестник на Горизонте сказал, что “Ты все равно достанешься нам, Арэйн Шеллад. Ты и Артефакт”. То есть, Архонты, упомянутые в снах про Арэйн и есть Жнецы. Артефакт пятнадцатилетняя Арэйн взяла при побеге от семьи. Он стихийный. Напоминает сферу, а связь – браслет в виде белой кошки. Больше о нем она в моих снах ничего не узнала. Получается ночью, когда я “умираю”, возвращаюсь в далекое прошлое. В СВОЁ прошлое, Найлус. В нем рассказывается про саму Арэйн, Алику, Архонтов. Именно после этих снов в зеркалах в течение небольшого времени я отражаюсь в другом виде. И именно после этих снов у меня постепенно проявляются те же способности, что были тогда у дочери канцлера. Теперь внимание, вопрос: раз Жнецы так интересуются мной и Артефактом, значит он что? – Представляет опасность для них, – Найлус вышел из душевой кабины и с тихим стоном опустился на кровать.
Бедный мой, несчастный, зеленоглазый котик! Сколько я тебе проблем моральных добавила... Но я же тебя знаю – дотошный, как... как турианец, вот. Всё равно бы узнал... и закатил бы мне сцену с рефреном “ты должна была мне рассказать...”. И кто вообще придумал, что турианцы – сдержанные и брутальные. Мой экземпляр оказался весьма нервным. И поди пойми – то ли он сам по себе такой шизик-перестраховщик-истерик, то ли на него любовь так влияет...
