– Роберт родился в мое отсутствие. Тогда я активно расширял сферу влияния и часто отлучался. Меня не бывало дома неделями, хотя моя девушка вот-вот собиралась рожать. Так что родила она, когда меня не было рядом. Потом я долго корил себя за то, что отсутствовал и не смог отговорить ее от поездки в родной городок. Роды были тяжелыми. Я вернулся, а мне вручили сверток с сыном. Я не подержал его на руках в первый же день. Я сделал это только через неделю. Говорят, что когда младенцев берут на руки родители, сразу после их рождения, между ними образуется особенная, прочная связь. Иногда между мной и Робом такой связи не чувствуется вообще.
– Ох, мне кажется, ты преувеличиваешь, па. Определенно, сегодня ты постарел на один год. Без конца вздыхаешь и брюзжишь. Тебе нужно немного развеселиться! – подбодрила я отца.
Хоть у меня на душе было пасмурно, но и на Мартина тоже свалилось очень многое. Сейчас я понимала, что было глупо винить только его одного во всем.
Моя мама была гордячкой. Если ей грубо отказывали, она закусывала удила и старалась решить все проблемы сама, больше не пересекаясь с людьми, отказавшими ей в помощи. Если бы не ее тяжелая болезнь, о которой она, несомненно, знала, но молчала, мама ни за что не обратилась бы к Мартину за помощью для меня.
Отец улыбнулся, поцеловал меня в щеку и отошел к другим гостям.
У меня из головы не шел разговор Мартина. Даже кончики пальцев чесались от желания узнать правду. Я задумалась и не сразу заметила, как мир вокруг резко начал сужаться. Свободного воздуха почти не осталось. Потому что ко мне подошел Роберт.
Мой любимый и самый неправильный брат.
– Привет, Кэс!
Я старалась не сбиваться с привычного ритма дыхания от волнующего низкого голоса Роба.
– Привет. Отличный праздник.
– Я хочу поговорить не о празднике.
– Чего тебе, Роб? – спросила я как можно спокойнее.
Я снова ощутила, как земля уходит из-под ног, но приказала себе не задерживаться взглядом на лице брата или на широком развороте плеч.
Роб подошел совсем близко ко мне, цепляя за локоть.
– Эй. Тут куча народа! – прошептала я. – Оставь меня в покое!
– Мне нужно кое-что сказать тебе, Кэс! – ответил Роб заплетающимся языком.
Я внимательно посмотрела на брата и ощутила сильный запах алкоголя. Глаза маслянисто блестели. Роб осунулся, скулы обозначились резче. Двухдневная щетина придавала его облику брутальности и возраста.
– Ты выглядишь так, как будто не отдыхал несколько дней.
Роб вывел меня на террасу, опираясь локтем на перила. Он повернулся ко мне лицом.
– Так и есть, Кэс. Я не отдыхал уже давно. С тех самых пор, как я узнал, что ты – моя сестра, я только и делаю, что гоняю эти мысли по кругу. Пытаюсь выбить тебя из своей головы, перепить, переработать, забить…
Он помотал тяжелой головой из стороны в сторону.
– Не выходит.
Я задержала дыхание. Оно сбилось комком в глотке.
Роберт обвел меня горящим взглядом и обхватил запястья своими пальцами. Его захват, как всегда, резок и грубоват, но большие пальцы осторожно поглаживали нежную кожу запястий.
– Давай уедем отсюда? – внезапно предложил он.
– Что?
Земля начала уходить у меня из-под ног. Голова резко закружилась после слов Роба.
– Уедем! – решительно произнес он. – Уедем туда, где никто не знает, что мы брат и сестра. Мы же совсем не похожи, а еще у нас разные фамилии. Я даже продам свою мастерскую. Уедем, Кэс? Пожалуйста!
Роберт впервые посмотрел на меня очень проникновенно, почти умоляя, без дикой одержимости, но очень чувственно.
– Роб! Ты…
– Прошу тебя, давай уедем? Я могу легко сорваться с места, а тебя здесь ничто не держит! Мы можем быть счастливы где-то там. Не здесь. Уедем, Кэс. Я хочу быть с тобой. Ты – мое все!
Я сглотнула ком в горле. Лицо Роба расплывалось из-за слез.
Горячая влага сорвалась с ресниц. Роб потянулся ко мне, чтобы снять непрошеные слезинки.
Я отрицательно покачала головой.
– Ты пьян, Роб. Очень сильно пьян.
– Я пьян, да. Но я хорошо понимаю, что говорю! Я знаю, что готов на все!
– А я знаю кое-что другое. Сегодня ты пьян и готов постелить мир к моим ногам. А завтра ты проснешься трезвым и будешь презирать и ненавидеть нас за слабость и постыдную связь.
– Кэс…
– Сейчас я – твое все, а завтра – просто мокрая щель, которую можно зажать в углу и трахнуть, просто потому что тебе так захотелось, – говорю я. – Нет. Роб. Нет…
Я освободила руки из его захвата.
– Среди гостей есть твоя невеста, Роб. Удели ей время.
После моих слов Роб подошел к отцу, но разговор получился недолгий. Он похлопал своего старика по плечу и покинул ресторан.
Я старалась выглядеть веселой и приклеила самую радостную из всех улыбок, потому что не хотела расстраивать отца. Теперь он остался единственным близким человеком, с которым у меня было меньше всего разногласий.
На съемную квартиру я вернулась уже под утро, от нечего делать я разложила оставшиеся вещи, понимая, что отец забыл забрать одну сумку и бумажный пакет с мелочью.
