– Не думаешь ли ты меня кинуть, Роб? Не советую, Роберт! У меня есть фото с вечеринки, на котором ты и твоя сестра сосались! Я могу отослать это фото…
Она не успела договорить. Я зажал ей рот грязной пятерней.
– Закрой свой поганый рот. Слышишь? Не смей даже дышать в сторону Кассандры. Один лишний вздох – и я удавлю тебя, сука.
Лана возмущенно мычала. Я стиснул пальцы сильнее.
– Я удавлю тебя, сука! Я эмоционально нестабилен. За убийство меня не посадят в тюрьму, а отправят в сумасшедший дом, на лечение. А тебя в это время будут жрать могильные черви. Поэтому не беси меня. Свали по-хорошему. Тебе все понятно? Понятно?
Лана кивнула вверх-вниз. Я разжал пальцы, толкнув девушку в сторону двери.
– Вали отсюда.
Я уехал, как и обещал. Успел перед отъездом оставить заказ курьеру, чтобы тот доставил свежий букет цветов и медведя Кассандре. Короткая зарисовка на бумаге в виде крыла. Моя смышленая девочка должна понять от кого сюрприз.
Черт бы меня побрал!
Кэс – не моя. И никогда ею не станет…
Я поселился в пригороде Нью-Йорка, но не смог высидеть и одного дня. Позвонил один из моих приятелей, занимающийся восстановлением раритетных тачек и спросил, не составлю ли я ему компанию в поездке?
За тачкой нужно было ехать в соседний штат. Трое суток в пути туда. А обратно и того больше, если тачка приглянется приятелю и он решит ее купить. Я согласился, не раздумывая. Чтобы не было соблазна портить малышке жизнь, я не стал брать с собой телефон.
Мои предки должны были привыкнуть к тому, что иногда от меня неделю или полторы не бывает вестей. Я мог только надеяться на то, что Кэс хотя бы примет мое извинение и постарается переключиться на кого-то другого.
Я должен дать ей шанс. Мне не хочется этого делать, но я должен это сделать. Приятель купил тачку, обратно мы возвращались груженные. В прицепе был закреплен раритетный Мустанг. Я гнал из своей безумной головы мысли о Кэс. Но она все время незримо присутствовала рядом. Она не давала мне покоя.
В Нью-Йорк я вернулся порядком измотанным и таким истосковавшимся, что хотелось лезть на стену. Но я твердо решил держаться намеченного курса. Я приехал в свою мастерскую, проверить, как идут дела.
Я поставил разряженный телефон на зарядку и слушал бесконечные уведомления о входящих сообщениях. Да-а-а… Похоже, меня потерял весь белый свет. Прочитаю все эти сообщения чуть позже.
Спустившись, я охренел, когда случайно увидел, что из бокса для покраски один из моих парней выгоняет трейлер Кассандры.
Что за самоуправство?
Я вихрем спустился и наорал на Дэвиса, а потом увидел Кассандру…
Побледневшую, осунувшуюся. Глазки моего ангелочка выглядели потухшими.
Наши взгляды пересеклись. Я понял, что легче не стало. Ни мне, ни ей. Мы сражаемся против штормового ветра.
Я задал Кассандре всего один вопрос. Но ее ответ прозвучал как выстрел.
Мой ангелочек… Моя малышка.
Она обмякла в моих руках. Я отнес ее к себе наверх, сжимая в объятиях.
Я даже не мог представить, как больно и тяжело ей было эти дни. Но меня не было рядом с ней. Я страдал херней и загонял себя дальше и дальше. Бесполезно.
Если бы можно было выпить боль Кэс, я бы с радостью принял на себя этот удар. Но я не мог. Я мог только держать малышку и не давать ей ускользнуть, целовал ее волосы и шептал только ласковое прозвище.
– Ангелочек…
Потому что все остальные слова в таком случае бесполезны.
Едва успокоившись, Кассандра пришла в себя и отстранилась. Она осмотрела мою берлогу и нахмурилась.
– Дай мне уйти! Я не хочу здесь находиться!
– Кэс, я никуда не позволю тебе идти в таком состоянии. Уезжать – тем более. Только через мой труп.
Я обнял ее и не удержался, поцеловав в шею. Она горько усмехнулась, глядя мне в глаза.
– Хочешь запечатлеть еще одну победу на знаменитом траходроме Роба?
– О чем ты говоришь? – изумился я.
– О твоей берлоге. Об этом месте, куда ты приводишь девушек! Трахаешь и потом фотографируешь спящими. Еще одна медаль, да? Похвастался перед друзьями?
Я застыл, проглотив свой язык.
Откуда Кэс узнала, что я сделал фото ангелочка в первый раз? Да, я снял ее спящей. И это мое самое любимое фото. Но откуда, черт побери, она это знает?
– Здесь была только ты, Кэс! Да, я тебя щелкнул. Извини. Но ты была такой… – я сглотнул слюну. – Ты соблазнительная малышка, сестренка. Теперь ты можешь считать меня конченым извращенцем. Но насчет моей берлоги ты ошибаешься. Это место особенное для меня. Ты знаешь причину. Увлечение машинами вытащило меня из болота. Здесь не бывало ноги ни одной девушки. Кроме тебя…
– Не думаю! – фыркнула Кассандра и взглянула на меня исподлобья. – Верни мне ключи от трейлера. Немедленно. Ты не имеешь права держать его!
– Отец в курсе, что ты собираешься удирать из Нью-Йорка? В никуда?
– Лишь бы подальше от тебя, лживый братец!
Я схватил ее за плечи и заткнул ее ротик поцелуем. Рыча, я набросился на ее губы и жестко раздвинул их, принявшись долбиться языком в сладкий ротик. Быстро и грубо, пока она не перестала извиваться и не ответила мне. Ее язычок лизнул мой, а потом испуганно отпрянул назад. Я разорвал поцелуй, тяжело дыша.
