— Курама, а почему твои овощи такие огромные?! — в который раз за последние десять минут спросил Наруто. — Курама? Курама, даттебайо!
— Потому что по кочану капустой! — рявкнул я, ударив по столу кулаком. С воплем мелкий паршивец слетел с моей головы и упал на пол. Я скосил глаз. Нет, к несчастью, он не разбился.
— Ну Курама!
— Что Курама? ЧТО КУРАМА?! Я ТРИСТА СЕМЬДЕСЯТ ЛЕТ КУРАМА!!!
— Мне с…
Пацан не договорил — я уронил на него помидор. Мне было очень жаль его, помидор в смысле, я хотел его съесть, но ради минуты блаженной тишины я был готов пожертвовать даже им.
Проклятая Кушина… нет, никакого обещания или упаси Великие клятвы она из меня не вытянула. Она просто пообещала, что если я наврежу ее сыну, она вернется из печати и отрежет мне хвосты. Я был уверен, что печать одноразовая, и что она не могла туда вернуться, но ведь структура-то осталась на месте! Да, без энергии, но и до этого она была обесточена! Остается надеяться, что ни печать, ни Кушина не умеют поглощать свободную энергию, коей на моем огороде огромные объемы.
— Курама! Дай кукурузы! — заорало вымазанное в помидорной мякоти чудовище.
Я посмотрел на початок, посмотрел на Наруто, прикинул, что будет, если на него скинуть кукурузу массой в одну тонну и длиной шесть метров… Пацан, заметив мой задумчивый взгляд, замолчал. На целую минуту. В награду я надергал зерен, насыпал их в тарелку и поставил на пол. Мальчишка уже знает, что если я за столом ем, что-то конструирую или просто сплю, то ему на столешницу хода нет. Прибить не прибью, но выкинуть из дома — выкину.
Сколько дней уже прошло с тех пор, когда я впервые столкнулся с бешеной красноволосой женщиной? Полтора месяца уже. С тех пор мелкий паршивец повадился тырить у меня прямо с огорода овощи. Он каким-то образом научился преодолевать барьеры, словно их и не было… Впрочем, это же его подсознание — ну, так мне сказала Кушина, а я ей почему-то верил — и здесь он, как бы, чуть ли не бог. Задолбавшись его ловить и вышвыривать, я предложил ему сделку. Я выбрасываю ему в портал — три дня угробил, его просчитывая! — овощи по запросу, а он не лезет ко мне в огород.
Отлично, замечательно! Теперь мои посадки в безопасности, в опасности мои несчастные длинные уши и мой бедный горячо любимый мозг! Меня в них так активно не долбились даже дома, на тему поддержания демонического имиджа! Куда уж там великим Архидемонам до этого мелкого светловолосого недоразумения, именуемого человеческим ребенком!
— Я все спросить хотел, что ты сделал с той кукурузой, что ты забрал?
— Когда с Ичиби дрался? Так она по голове его джинчурики ударила, упала сверху, он и очнулся, даттебайо!
— Эм. Может, наоборот, вырубился? — о том, кто такие джинчурики я уже знал.
— Не-а, Гаара, когда засыпает, выпускает Ичиби! Надо было его разбудить, даттебайо!
— Давай без даты бойлера, ладно?
Мальчишка насупился. Весь в мамашу… та тоже словами-паразитами сыпала только так, у меня аж голова заболела. В принципе, Кушина — женщина адекватная… пока спокойная… Но периоды вменяемости у нее чередуются со вспышками гнева и демонической такой жаждой убийства. Как я уже говорил — точь-в-точь как моя мама, когда я опять набедокурил. Только моя мама не пыталась пробить мною стены.
— Что с тобой делать-то, — грустно пробормотал я, смотря, как Наруто активно уплетает кукурузные зернышки. Ну, как зернышки… ему каждое на полноценный початок потянет. — Вкусно?
— Ага! Очень!
— А я думал, дети не любят овощи.
— И я не люблю! Но твои вкусные, датте… — заметив, как я нахмурился, мальчишка виновато улыбнулся и вернулся к еде. Я вздохнул, убрал со стола и нацепил на голову соломенную шляпу.
— Я пошел. Тронешь что-нибудь — не получишь ни ягод, ни фруктов, понял?
Наруто активно закивал, а я пошел проверять свои растения и корректировать заклинания в фруктово-ягодном секторе. Ну и собрать все, что созрело.
Честно говоря, с мальчишкой я возился не столько из-за угроз Кушины, а просто из желания как-то скрасить одиночество. Да, мне никто не мешает, я могу сколько угодно заниматься своим огородом, думать о его расширении и так далее, но… Вот это маленькое, в принципе не такое уж и важное «но» и стало причиной более тесного знакомства с пацаном, чем следовало.
Я не люблю одиночества. Не люблю, когда нет никого, с кем можно было перекинуться хоть парой слов. Еще одна совершенно нетипичная для демона черта — демоны Шенградала общаются друг с другом исключительно по необходимости. Мои сверстники были общительнее только потому, что мы были знакомы чуть ли не с рождения… и то, приходили они только ко мне.
А тут — человеческий ребенок, то ли слишком безбашенный, то ли слишком открытый. То, что он не тупой, я понял еще когда Кушина не развеялась. Я не особо вслушивался тогда в разговор, но заметил, как Наруто мягко и ненавязчиво уводит разговор в сторону, когда речь касалась тех тем, о которых ему было неприятно говорить. Эта и множество других деталей стали теми камешками, что и склонили меня к тому знакомству.
