Тихий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Сколько я так простоял?
– Эй, – Молли осторожно просовывает голову внутрь. – Все в порядке?
Я моргаю.
– Да. Заходи.
Ох, блин, зачем я это сказал? Проклятье! Она все еще голая, и такое ощущение, будто мой член успевает заметить это раньше, чем я. Ну вот, он снова в полной готовности, и совершенно не синхронизирован с тем, что в данный момент творится у меня в голове.
– Извини, – шепчет она, – просто ты сказал «сейчас», но получилось так, как в прошлый раз, когда ты сказал, что быстро вернешься, а вернулся через два дня.
– Я тут два дня? – с наигранным ужасом спрашиваю.
– Почти, – смеется она, – я думала, может ты удрал уже через окно или тут есть портал или что-то такое.
Я беру ее за запястье и притягиваю к себе. Мой приятель счастлив быть зажатым между нашими голыми телами. Я стараюсь сосредоточиться на шутливой беседе, но Молли как раз наоборот.
Ее глаза округляются, когда она обнимает меня, сцепляя руки у меня за спиной, и замечает мой стояк.
– Уже?
– Угу.
Она сексуально ухмыляется и прикасается губами к моей груди. Одной рукой протискивается между нами и обхватывает моего набухшего изнывающего друга. Я готов взвыть.
– А на что ты рассчитывала, когда явилась сюда в таком виде? – сдавленно шепчу я, убирая ее мягкие пряди от лица, пока она медленно скользит ладонью вверх и проводит большим пальцем по головке. – Черт, – с шипением выдыхаю я.
Молли сглатывает и облизывает нижнюю губу, почти доводя меня до ручки. Преисполненный желанием усадить ее на тумбу или затолкать под душ, я держусь из последних сил, завороженно наблюдая за ее метаморфозами.
Ее влажные пухлые губы приоткрыты, глаза темнеют от возбуждения, она перекидывает волосы через плечо и они каскадом струятся вдоль ее тела. Она с вызовом смотрит мне в лицо.
– Хочешь второй раунд? – озвучиваю свою догадку.
Молли делает полшага назад, оставляя мой член в полном недоумении. Я с интересом склоняю голову на бок. Она имитирует задумчивость и подносит большой палец к губам. Из меня вырывается смешок, когда я понимаю, к чему все идет.
– Дай-ка подумать, – говорит она и прикусывает палец зубами. Маленькая мстительная бестия. Готов побиться об заклад, в моем исполнении это не было и вполовину так горячо.
– Пока ты думаешь, пойдем, оденем тебя в мою футболку и приготовим что-нибудь поесть.
Я преодолеваю себя, беря ее за руку и выводя из ванной комнаты от греха подальше. Ну, пока я не затолкал ее под душ или не усадил на столешницу. Я снова слишком возбужден, чтобы быть нежным. И я на самом деле дико голоден.
Я даю Молли одну из своих старых футболок с эмблемой «Кингз», и когда она надевает ее, меня охватывает странное чувство. Она – моя.
Я же натягиваю свои трусы и джинсы, не застегивая их до конца.
Мы спускаемся на кухню. Я включаю свет. Достаю из кармана телефон и кладу его на стол. Молли разворачивается на пятках.
– Разве у вас не Дороти готовит?
– У нее выходные. А что? Не умеешь готовить? Не проблема, я научу.
Она вздергивает подбородок.
– Кто? Я не умею?
– Да, ты, – подначиваю я. – В этом нет ничего постыдного, детка. В конце концов, я хорошо готовлю и рано или поздно…
– Выбирай блюдо! – перебивает она. В ее глазах читается вызов. Круто.
– Такая уверенная?
Ответом мне служит ее игривый взгляд. Ее руки сложены под грудью. Она стоит, опираясь бедром на столешницу и скрестив стройные ноги. Моя футболка доходит ей почти до середины бедра, соски выделяются сквозь хлопковую ткань. Такая сексуальная и нереально красивая. Неужели она еще и готовить умеет?
– Что ж ладно, – продолжаю я, – давай что-нибудь попроще. К примеру… что бы такого… о! Пусть будет «Карбонара». К слову, никто не умеет готовить ее лучше, чем я. Ну, за исключением Гордона Рамзи разве что.
Знаю, что звучит чертовски самонадеянно, но мне безумно нравится ее дразнить. Ее неподдельные эмоции – чистый неразбавленный кайф.
Молли закусывает щеку изнутри, с секунду обдумывая мои слова, а затем выдает:
– Я заставлю тебя взять свои слова обратно и проглотить их вместе с чертовой пастой.
Я усмехаюсь.
– Вперед, Помпончик. Я ужасно голоден.
Она по-хозяйски открывает холодильник и достает оттуда сыр, сливки, бекон и яйца.
– Где у вас масло?
– Шкафчик слева от тебя. Внизу.
Она наклоняется, и ее волосы соскальзывают вперед. Она заправляет их за ухо с одной стороны. И выглядит так чертовски по-домашнему в этот момент.
– А спагетти?
Кивком головы я показываю ей на нужную дверку. Молли дефилирует мимо меня с деловым видом. Когда все ингредиенты выложены перед ней, она включает плиту. А я сажусь на стул и когда включаю музыку на телефоне, она оборачивается и вопросительно смотрит.
– Я буду готовить под музыку? Для тебя это настоящее шоу, не так ли, Люк?
Я улыбаюсь всякий раз, когда она так меня называет. Я верчу телефон в одной руке, постукивая им по дубовой поверхности.
– Ты в моей футболке, под которой, заметь, ничего нет и, кому как не мне об этом знать, готовишь для меня посреди ночи «Карбонару» босиком на моей кухне. Это не шоу, Молли. Больше смахивает на счастье.
