Де Руз пересек гостиную и через обрамленную бордюром дверь вышел еще в один коридор, который вел в роскошную спальню. Удары доносились из встроенного шкафа. Де Руз распахнул дверцы и увидел мужчину.
Тот сидел на полу, зарывшись спиной в развешенные на плечиках женские платья. Лицо обмотано полотенцем. Второе полотенце стягивало лодыжки. Руки связаны за спиной. Мужчина был абсолютно лыс – как крупье из клуба «Египет».
Де Руз подозрительно оглядел мужчину, потом улыбнулся и, наклонившись, развязал его.
Лысый выплюнул мочалку, которой ему заткнули рот, хрипло выругался и скрылся за ворохом одежды в глубине шкафа. Он вынырнул оттуда с чем-то мохнатым в руке, расправил эту штуку и нахлобучил на лысую голову.
И превратился в Кувалика, здешнего охранника.
Кувалик встал, не переставая ругаться, и попятился от де Руза. На жирном лице застыла настороженная улыбка, рука скользнула к кобуре.
Де Руз развел руки, показывая, что не вооружен, и уселся в низкое, обитое английским ситцем каминное кресло.
– Рассказывайте.
Кувалик несколько секунд молча смотрел на него, потом убрал руку с кобуры.
– Свет горел, и поэтому я позвонил в дверь. Открыл высокий смуглый парень. Я его тут часто видел. Дайл. Сказал ему, что в вестибюле сидит человек – говорит, по срочному делу, но себя не называет.
– Тут-то вы и сваляли дурака, – сухо заметил де Руз.
– Нет, чуть позже. – Кувалик усмехнулся и выплюнул кусок мочалки. – Я вас описал. Вот это и было ошибкой. Он как-то странно улыбнулся и попросил меня зайти на минутку. Я вошел, а он запер дверь и ткнул мне пушку в бок. Спрашивает: «Значит, одет во все черное?» – «Да, – говорю, – только пушка-то зачем?» Говорит: «Серые глаза, немного вьющиеся черные волосы, не улыбается?» – «Да, – говорю, – только пушка-то зачем, сукин ты сын?» – «А вот зачем», – отвечает он и бьет меня пистолетом по затылку. Я падаю – в голове туман, но сознания не теряю. Потом прибегает баба Кэндлиса, они связывают меня и запихивают в шкаф. Какое-то время я еще слышал их голоса, а потом все стихло. Пока вы не позвонили в дверь.
Де Руз лениво улыбнулся и, расслабившись, откинулся в кресле. Теперь он явно никуда не спешил.
– Смылись, – тихо произнес он. – Их предупредили. Думаю, это было не очень умно.
– Раньше я работал в «Уэллс-Фарго»[13] и могу держать удар, – сказал Кувалик. – Что замышляла эта парочка?
– Что за женщина миссис Кэндлис?
– Темноволосая, красивая. Парни говорят, сексуально озабоченная. Просто удержу не знает. Каждые три месяца они меняют шофера. В Касе есть пара ребят, которые ей приглянулись. И тот жиголо, что меня приложил.
Де Руз посмотрел на часы, кивнул и наклонился вперед, собираясь встать.
– Думаю, теперь самое время вмешаться закону. У вас есть знакомые в полицейском управлении, кому можно рассказать историю о похищении?
– Рановато еще, – произнес чей-то голос, и в спальню из коридора стремительно вошел Дайл.
Он остановился, сжимая в руке тонкоствольный автоматический пистолет с глушителем. Его глаза горели безумным огнем, но желтоватый палец, лежавший на спусковом крючке миниатюрного пистолета, не дрожал.
– Никуда мы не смылись, – сказал он. – Не успели собраться. Хотя для вас двоих так было бы лучше.
Пухлая рука Кувалика скользнула к кобуре на боку.
Пистолетик с черным цилиндром на стволе издал два глухих хлопка.
От пиджака на груди Кувалика поднялось облачко пыли, его руки взлетели вверх, а глаза вылезли из орбит, сделавшись похожими на горошины в лопнувшем стручке. Он рухнул на пол и застыл на левом боку, полузакрыв глаза и привалившись спиной к стене. Парик его кокетливо съехал набок.
Де Руз искоса посмотрел на него, затем перевел взгляд на Дайла. Его лицо оставалось абсолютно бесстрастным.
– Ты чокнутый придурок, Дайл. Лишил себя последнего шанса. Мог бы сблефовать. Только это не единственная твоя ошибка, – сказал он.
– Да. Теперь я понимаю, – спокойно ответил Дайл. – Не стоило посылать за тобой тех парней. Сам не знаю, зачем я это сделал. Непрофессионально.
Де Руз кивнул и окинул Дайла почти дружелюбным взглядом:
– Кстати, а кто тебя предупредил, что дело сорвалось?
– Фрэнси – очень мило с ее стороны. – В голосе Дайла звучало злорадство. – Жаль, я уезжаю и пока не смогу отблагодарить ее.
– И никогда не сможешь, – сказал де Руз. – Тебе не выбраться из штата. Ты не сможешь потратить ни цента из денег толстяка. Ни ты, ни твои подручные, ни твоя женщина. Копы уже слушают эту историю – прямо сейчас.
– Это мы еще посмотрим. Денег на дорогу у нас хватит. Пока.
Лицо Дайла напряглось, рука с пистолетом дернулась вверх. Де Руз прикрыл глаза, готовясь встретить пулю. Но маленький пистолет не выстрелил. За спиной Дайла послышался шорох, и в комнату проскользнула высокая смуглая женщина в сером меховом пальто. Темные волосы собраны в узел на затылке, маленькая шляпка. Худая, почти изможденная, женщина была по-своему красива. Помада на ее губах казалась черной, словно сажа, на лице ни кровинки.
– Кто такая Фрэнси?
Спокойный, почти ленивый тон никак не вязался с ее напряженным лицом.
