Так вот, маленькая победа «Сердитого» не на шутку возбудила осаждённую крепость. Новость облетела город со скоростью лесного пожара, гражданские и военные толпами валили на набережную, чтобы лично увидеть пленных.
Я же, воспользовавшись тем, что не являюсь членом экипажа миноносца, тишком свалил в закат, предоставив Колчаку самостоятельно разбираться со свалившимися на него лаврами. Меня куда больше занимал груз на пароходе «Ляодун» и уже встречавший нас инженер Горский, с которым мы тут же отправились на тигровый полуостров…
— Олег Николаевич, здравствуйте, — окликнули меня, когда я поднялся на набережную.
— Добрый день. С кем имею честь? — посмотрел я на неизвестного мне мужчину.
Причём в прямом смысле этого слова. Я никогда прежде не встречал его, иначе просто не смог бы забыть. На вид лет сорок, гражданский костюм тройка, на голове котелок, который он слегка приподнял представляясь.
— Кулагин Павел Семёнович, частный поверенный*.
*Частный поверенный — в Российской империи частный адвокат представляющий интересы клиентов в гражданских и уголовных делах.
— Очень приятно, Павел Семёнович. Но не думаю, что нуждаюсь в ваших услугах. Даже если до такого и дойдёт, то я нахожусь на службе, а посему вне гражданской юрисдикции.
— Полагаю, что всё же нуждаетесь, Олег Николаевич.
— Объясните?
— Непременно. Вы построили катер на подводных крыльях, внесли конструктивные изменения в котёл Ярроу, повысив его производительность в полтора раза, изобрели дымогенератор, парашют, трал охранитель, миномёт, метательную мину, противопехотную мину, ручную гранату. Я даже не берусь представить, сколько ещё сможете привнести в этот мир.
— Настолько верите в меня? — хмыкнул я.
— Я вижу в вас большой потенциал. Но даже если вы больше ничего и никогда не изобретёте, уже созданного вами хватит на то, чтобы обеспечить безбедную старость.
— И как я полагаю, не только мне, но и вам, — улыбнулся я.
— А вы готовы взвалить заботы о ваших детищах на свои плечи? — вздёрнул он бровь.
— Разумеется нет. Но вы частный поверенный, а не патентный. Насколько мне известно, это несколько разные области юриспруденции.
— Не боги горшки обжигали. Вы мой шанс вырваться из артурского болота, где я оказался в связи с трагическим стечением обстоятельств, и я не намерен упускать его, ибо вижу в ваших изобретениях большой потенциал.
— Вы позволите пригласить вас ко мне домой. Там мы могли бы поговорить более детально, — предложил я.
Было дело, пока находился на излечении хотел отправиться во Владивосток, чтобы найти поверенного и заняться патентами на все свои новинки. И нет, по поводу того, что по факту это не мои достижения совесть меня не мучала. В этот мир их привнёс я, и точка.
Но вырваться из Артура так и не получилось. Лечиться мне позволялось только в крепости, отбывать же куда-либо разрешение не давали. А сбегать в мои планы не входило. Поэтому отложил этот вопрос на потом. Тем более, что на жизнь мне много не нужно, прибыль же от патентов можно получить только планируя вдолгую.
Ну, а если упущу… Да невелика потеря. Я много ещё чего могу украсть, усовершенствовать или создать на основе имеющихся у меня знаний из будущего. Так что не жалко. Но коль скоро появился тот, кто сможет взвалить на себя эти заботы уже сейчас, то отчего бы и нет.
Когда пришли ко мне домой, Нина первым делом усадила нас за стол, благо время уже обеденное. И только после того как поели, мы уединились в рабочем кабинете. Поверенного у меня пока ещё не было, но необходимые чертежи и документацию я подготовил, поэтому мне оставалось лишь передать бумаги Кулагину. Тот наскоро просмотрел весьма толстую стопу бумаг, и удовлетворённо кивнул.
— Полагаю, что этого более чем достаточно для оформления привилегий. К тому же я посоветовал бы оформить соответствующие патенты не только в России, но и заграницей. Уверен, что ваши изобретения распространятся по миру. А уж после этой войны, так и подавно, — заверил Кулагин, пряча бумаги в портфель.
— Разделяю вашу уверенность. Вот, здесь пятнадцать тысяч рублей. Думаю, что этого с лихвой хватит как на оформление соответствующих бумаг, и для выплаты вашего гонорара, — положил я перед ним пачку из сотенных ассигнаций.
— Это более чем щедро, — заёрзал на стуле поверенный.
— Не переживайте, Павел Семёнович, это вовсе не значит, что я намерен лишать вас вашей доли от лицензионных отчислений. Не ради же разового гонорара вы решили взяться за устройство моих дел. Договор у вас с собой?
— Разумеется.
Он вновь полез в свой портфель и извлёк из него несколько листов бумаги. Я ознакомился с их содержанием буквально в течении минуты. Моя абсолютная память позволяла проделывать это без труда. Ничего необычного в пунктах предложенного договора я не обнаружил, но счёл нужным сделать одно уточнение.
— Внесите пожалуйста дополнительный пункт, согласно которого в случае моей гибели вы должны будете незамедлительно связаться с моей матушкой, которая наследует все права по привилегиям.
— Как прикажете, Олег Николаевич. Позвольте.
