Неприрученный вампир полностью

— Я выпотрошу этого ублюдка, — он распалился, когда его волк поднялся на поверхность. — Разорву ему горло. Скажи мне, где его найти, Шелль, и я прикончу его за то, что он сделал с тобой.

Она крепко прижалась к его телу.

— Не думаю, что тебе стоит об этом беспокоиться, — прошептала Шелль. — Его наказал собственный народ.

Гуннар отказался разжимать челюсти.

— Как ты можешь быть в этом уверена?

— Пара Ронана, Найя, позаботилась. Она могущественная ведьма, и не только я облажалась с перевертышем.

Гуннар поговорил бы с парой Ронана. Он не успокоится, пока не узнает без сомнений, что мужчина, который навредил Шелль, заплатил за свое преступление. Он заставил себя успокоиться. У них будет достаточно времени, чтобы разобраться с этим вопросом. Сегодня не было нужды Гуннару мстить за свою пару. Речь шла о Шелль, ее истории и о том, что с ней случилось. Сегодняшний вечер был посвящен созданию фундамента доверия, на который они могли бы опираться.

— Ты сама себе ковен, потому что Гроб сделал тебя вампиром, — теперь, когда Гуннар начал понимать, что с ней случилось, поведение Шелль имело смысл. — Ты создана магией и не похожа ни на кого другого. Это само по себе делает тебя уникальной.

— Больше похоже на урода, — сказала она.

Гуннар ненавидел, что она так думала о себе.

— Я сотворен магией, — ответил он. — Ты считаешь меня уродом?

— Да, тебя обратила магия. Но это была не просто мистическая трансформация, — сказала Шелль. Она засунула голову глубже в подушку. — Ты был обращен укусом, который передал эту силу тебе. Это может показаться мистическим, но по своей сути, твоя трансформация была биологической.

Гуннар засмеялся. Шелль повернула голову, чтобы посмотреть на него, хмурясь.

— Биологической? — Шелль еще больше нахмурилась от его не верящего тона. — Метафизической, в лучшем случае. Объяснение того, что со мной произошло, абстрактно. Без причин. Шелль, я был человеком. Оборотень укусил меня, и я стал мифическим существом. Я был человеком с одним духом, одним разумом. А теперь у меня двойственная природа. Два духа, делящих одно тело. Ты видишь мир глазами той, кто знает магию всю свою жизнь. Удивительные вещи для тебя обыденны. Ты произошла от Бога, так же, как я теперь произошел от волков. Мы все рождены магией. Ты просто отказываешься это видеть.

Она отрицательно покачала головой.

— Ты ничего не понимаешь. Я изменчива.

— А я? Ты не видела изменчивости, пока не пересеклась со спаренным оборотнем.

Шелль позволила себе посмеяться.

— Я всегда говорила, что спаренные самцы темпераментны.

— Это еще мягко сказано, — Гуннар повернул ее лицом к себе. — Одна мысль о том, что ты в опасности, приводит меня в состояние ярости, которое я едва могу контролировать.

— Ярость — это одно… — сказала Шелль. — Каждый человек выходит из себя, злится, чувствует себя вне контроля. Но это не меняет тебя, — ее страх обжег ноздри Гуннара. — Это не становится частью тебя.

— Может и нет, — сказал Гуннар. — Но и не овладевает тобой. Это не определяет тебя.

Шелль отвела взгляд, ее серебристо-зеленый взгляд устремился в сторону.

— Если Михаил узнает… я не уверена, что он сделает.

— Узнает о чем? — конечно, король вампиров знал, как Шелль стала вампиром.

— Он не знает, что я могу сделать, — сказала она тихо. — Он не знает, насколько я сильна. Я боюсь… — она глубоко вздохнула, — … боюсь, что он запрет меня или вонзит кол мне в сердце.

Он бы убил ее? Будто она была каким-то бешеным животным, с которым нужно было разобраться? Волк Гуннара взбудоражил его разум и выпустил территориальный рык. Он схватил Шелль за подбородок большим и указательным пальцами и заставил ее посмотреть на него.

Никто — даже король вампиров — не навредит тому, что принадлежит ему.

— Только через мой труп.

Шелль слабо улыбнулась ему.

— Когда вампир обращается, наши души уходят в небытие, — сказала Шелль. — Моя душа нашла твою и привязалась к тебе. Если ты умрешь, моя душа будет вырезана, отправлена в небытие еще раз, и я никогда не получу ее обратно.

— Твоя душа в безопасности со мной, — Гуннар был смирен тем, что душа Шелль искала его и вверилась его хранению. — Я никуда не собираюсь уходить.

Его стая может не одобрить их связь. Аристов и другие вампиры могут не одобрить. Гуннару было все равно, что подумают другие. Шелль была его, а он был ее. Он сделает последний вздох прежде, чем кто-нибудь заставит его отпустить ее.

— Кажется, его жажда крови под контролем. Примечательно, учитывая, что прошло всего пару дней.

Саид обратил свое внимание на Сашу.

— Хм-м-м. Да, — это правда, Диего чувствовал себя хорошо, несмотря на то, что всего три ночи назад его обратили. Хороший знак с тех пор, как Саид ожидал, что Диего скоро восстанет и возьмет временный контроль над ковеном.

— А Коллектив? — Саид не скрывал своего любопытства. — Не кажется ли, что воспоминания мучают его?

Саша нахмурилась и изучала Саида с интенсивностью, которая заставила его извиваться.

— Насколько мне известно, нет. Ты можешь спросить его сам, знаешь ли. Ты не заходил в его комнату с той ночи, когда обратил его.