Горло царапают хриплые спазмы. Эмоции скручивают внутренности морским узлом. Это ситуация, из которой я не вижу выхода.
Крис… Моя девочка. Моя боль. Моя порочная одержимость.
Как мне быть? Я должен прекратить нашу связь. Мне придётся разбить ей сердце…
Прошло несколько часов с момента, как я покинул клинику. Всё это время я гнал машину по городу, едва понимая, куда еду и зачем. Очнулся только на пляже Монтроз. Он не пользуется большой популярностью, потому что находится дальше от центра города. Здесь всегда меньше людей, но полно собак. Воды озера поблескивают вдалеке. Я опускаюсь на влажный берег опустошённым мешком. Глаза горят. В них словно насыпали песка, и я не могу выдавить из себя ни одного слова. Кроме громкого животного крика, полного тоски и боли.
Раздаётся испуганный лай. Парочка собачников бросается в сторону. Наверняка со стороны я выгляжу сумасшедшим с разинутым ртом, посылающим свои бессловесные проклятья в ночное небо. Агония длится стылую вечность, пока последние капли сил не покидают моё тело. Из меня словно вынули все кости, и нет ни одного шанса противостоять мучительным спазмам, сотрясающим крупной дрожью. Утыкаюсь лбом в песок. Накрываю голову руками, словно прикрываясь от правды. Но она выжрала меня изнутри, лишив стимула жить и двигаться дальше. Я не вижу смысла. Его нет. Я достиг предела всего, и без Крис я не могу найти ни одной причины держаться за этот мир. Я не хочу причинять боль моей крошке. Но не могу оставить Крис в неведении. Мне придётся ранить её. И я заранее ненавижу себя за то, что собираюсь сделать…
⁂
Осторожно переступаю порог квартиры. Она погружена в темноту и полна тишины. Тишины, которой скоро суждено взорваться бурей. Это будет больно для нас обоих. Но я не могу оставить всё как есть. Только не после того как узнал правду.
Крис спит на левом боку. Тонкая простынь ласково обнимает изгибы стройного тела. Я опускаюсь на колени возле кровати и трусь голодным псом о её ладонь, лежащую около щеки. Сладкий запах наполняет мои лёгкие. Только сейчас я обретаю возможность дышать, понимая, что это будет последний раз, когда я вижу Кристиан.
Не успеваю сказать ей ни слова, но она просыпается, почувствовав моё присутствие.
— Привет, Дэйв. Тебя не было очень долго, и я уснула, — после сна её голос слышится низким и немного хриплым. Крис вытягивается всем телом и обнимает меня за шею, притягивая к себе для поцелуя. — Ты пахнешь солью и влагой. Гулял по набережной без меня?
Крис не дожидается ответа и зарывается пальцами в мои волосы. Подаётся вверх, ко мне, раскрывая пышные губки. Немедля пускает свой бойкий язычок в рот. Она запускает мгновенную реакцию. Моя одержимость по ней даёт о себе знать. Я начинаю целовать её в ответ. Вбиваюсь глубоко в её рот языком. Трахаю. Порабощаю. Делаю своей. Пью наши эмоции, как будто вечность провёл без этого. Дико соскучился и не могу себя сдержать.
— Дэйв, я хочу тебя…
Крис быстро опускает руку и распускает ширинку на моих джинсах. Налитый кровью член готов прыгнуть ей в руку. Но нам… нельзя. Я перехватываю её запястье и с силой отвожу руку в сторону.
— Нет, Крис. Я должен сказать тебе что-то. Это касается нас. Двоих. Тебя и меня.
Я вижу, каким недоумением зажигаются глаза Крис, когда она смотрит на меня. Даже в темноте её глаза сверкают, и я завороженно смотрю в них. Она переводит взгляд вниз, на мои пальцы, которыми я удерживаю её запястье. Так сильно, что могут остаться синяки. В моей крови бурлит возбуждение, смешанное с отравой табу. На мгновение я кощунственно думаю о том, что можно плюнуть на всех и уехать вместе с ей. Далеко. Там, где не будет никого из наших знакомых. Мы можем даже улететь в Париж или поселиться в Сиднее, говорят, там неплохо…
Крис мягко освобождает своё запястье из захвата, растирает покрасневшее место пальцами и сидит без движения, ожидая моих действия. Я упираюсь лбом в круглые колени, собираясь с силами. Но чувствуя запах её тела, окончательно теряю последние крохи разума. Я проникаю руками под её сорочку и стягиваю крохотные трусики.
— Дэйв, что происходит? Дэйв? — спрашивает она.
— Дай мне вылизать тебя. Я хочу твою киску на своём языке.
Поглаживаю колени с загорелой кожей и развожу их рывком. Не церемонясь. Крис немного сопротивляется силе и грубости, с которой я это делаю. Но я не могу иначе. Я хочу запомнить её сладкий вкус на языке. Пусть это даже будет последнее в ней, чем я успею полакомиться.
Нам нельзя быть вместе. Она считается моей родной племянницей. Это инцест. Это отвратительно. Но я хочу трахнуть языком её киску и собрать все до единой капли возбуждения. Меня не останавливает ничто… Ни один из моральных запретов. Ни одна граница не может удержать меня от того, чтобы сделать ей приятно.
