Скрипнула дверь, в спальню вошел король. Он перемолвился с Филисом парой слов и залез в шкаф. Сразу стало в разы теснее, все же шкаф предназначен для хранения одежды, а не троих людей. Через некоторое время дверь снова скрипнула, и в комнате показался тот, кого все ждали. К сожалению, Циллар взял с собой свечу, и ее свет, пусть и тусклый, мог раскрыть фальшивость “короля”.
Тихо-тихо, стараясь не издать ни одного звука, я открыла дверцу шкафа, чтобы было видно хоть что-то. Во мне все затрепетало, я постаралась даже не дышать. Мои товарищи по шкафу, кажется, тоже перестали шевелиться, дыхание Аргамака пропало с моей шеи — и король, и принц затаились вместе со мной, ожидая развязки.
Раньше я и подумать не могла, что Циллар умеет ходить на носочках, но по королевской спальне он передвигался именно так.
— Ваше Величество, — в рукаве фиолетовой мантии мелькнул небольшой кинжал, — прошу меня простить.
Лезвие кинжала сверкнуло в тусклом свете свечи, устремившись к цели. Филис увернулся в последний момент. Острие мазнуло по подоконнику, оставляя кривую царапину на дорогом дереве, и замерло в нем. От страха у меня сперло дыхание, как только я представила, что это острие могло пройтись по Филису.
— Ты не Его Величество, — прошипел не ожидавший такого развития событий Циллар.
Филис в одночасье оттеснил нападавшего к стене, приставив к горлу свой кинжал. Только после того, как противник был, как казалось, обезврежен, я и принц с королем решились показаться из шкафа. Его Величество выдерживал дистанцию, Аргамак тоже предпочитал не отходить от шкафа. Меня же Филис жестом предупредил оставаться на месте. Странное решение — Циллар был обезврежен и угрозы не представлял — но я решила не спорить.
— Верно, герцог не Мое Величество, — громогласность и громкость в голосе короля почти оглушили меня. — Покушение на Нашу королевскую особу не простится тебе.
При виде короля Циллар побледнел от страха, это было заметно даже в сумраке комнаты. Страх в его ситуации был естественным: королевский заклинатель никогда не казался глупым и, думаю, понимал, что впереди его ждут только суд и смерть.
— Ваше Величество, — Филис повернулся к королю, — полагаю, стоит позвать королевскую стражу, чтобы они сопроводили господина Циллара в темницы.
А вот следующее действие Циллара я предсказать не могла. Вместо того чтобы стоять, скованным ужасом, он резко вскинул руку с зажатым в ней кинжалом (как мы все просмотрели момент, когда Циллар вытащил его из подоконника?) и молниеносным движением вонзил его в плечо Филиса, потянув лезвие вниз. Рваная рана расползлась до локтя. Циллар, воспользовавшись всеобщим оцепенением, стремительно выбежал из комнаты. Аргамак опомнился первым и кинулся в погоню за злодеем.
— Филис! — я тут же подскочила к скривившемуся от боли Филису.
Темно-красная кровь окрасила рукав. К счастью, по ОБЖ у меня было “отлично”, и я помнила, как оказывать первую помощь. Сейчас была ночь, и королевский лекарь был не во дворце. Что ж, я всегда думала, что поселить врача далеко от собственного жилья — не лучшая идея короля.
— Не переживай, это не смертельно, — должно быть я выглядела действительно паникующей, раз он принялся меня успокаивать.
— Не смертельно, — кивнула я, — но больно же. Ваше Величество, у Вас есть чистые тряпки?
Король кивнул и вышел из комнаты, видимо, позвать служанок. Очень быстро одна из них принесла то, что требовалось. Филис к тому времени уже устроился под окном: на королевскую кровать он ни в какую не захотел садиться. Так было даже лучше, ведь свет от единственной лампы добивал только к окну.
— Голова кружится? Перед глазами что-нибудь плавает?
— Марина, успокойся, — здоровой рукой он похлопал меня по плечу.
Естественно, его организму это не понравилось, на что тот отреагировал лишь усилением боли. Филис скривился, будто от лимона.
— Подними руку, — я присела рядом с ним.
Филис выполнил мою просьбу. Возможно, он не понимал, откуда я могу знать тонкости лекарского дела, я же не спешила просветить его, увлеченная перевязыванием раны.
— Ты впечатляющая девушка, Марина, — он усмехнулся, осматривая перебинтованную руку, — умная, сообразительная, много всего умеющая.
— Тебе лучше прилечь, чтобы не стало хуже.
Я, конечно, забинтовала руку верно, но все же следовало дождаться утра и визита лекаря. Филис отрывисто кивнул, должно быть, сам чувствовал потребность отлежаться. По пути к выходу он слегка пошатнулся, по всей вероятности, голова все же кружилась.
— Я провожу, — я подхватила его за руку.
Филис возражать не стал, и мы вместе добрались до занимаемой им комнаты. К утру кровотечение полностью прекратилось, приехавшему лекарю оставалось лишь зашить порванную кожу.
