На сцене медленно появилась маленькая, седая, сгорбленная бабушка. Мидория завис на середине фразы, глядя на нее как… не знаю, заяц на волка, не иначе.
— Хорошо, хорошо… двигайтесь сюда, поближе, у меня для вас кое-что есть, — подгребла к нам эта милая старушка, опираясь на трость в виде большого… игрушечного… шприца? Отложила трость. Сунула руку в карман. И протянула нам каждому по ладошке.
Там были конфеты. В ярких обертках.
Я уставился на это, подняв бровь.
Мидория со сдавленными благодарностями сгреб пестрые фантики, правда, тоже не спешил открывать.
— Хм… смотрю, вы у нас маленькие недоверчивые цундеры, хе-хе… ну что ж. Меня зовут Чио Шузенчи, хотя меня чаще называют Исцеляющей Девочкой. Я медсестра Академии! Старшая медсестра, попрошу заметить, хе-хе… и это я вас лечила после экзамена. Сладкое вам нужно, чтобы восполнить запас энергии в клетках. Так что кушайте, кушайте, не стесняйтесь. Вас обоих пытались разбудить еще на территории Центра, но вам обоим так нужен был сон, что мы решили дать вам отоспаться у меня. Кушайте-кушайте!
Мидория рассыпался в благодарностях на десятки маленьких Мидорий и начал есть.
Я сдержанно поблагодарил и ссыпал конфеты в карман. Не люблю сладкое.
Бабушка-китаянка медленно дошла до своего стула рядом с заваленным документами столом, которые я до этого не заметил за шторой, и, усевшись, принялась умильно наблюдать, как Мидория исправно давится ирисками.
И тут я почувствовал какую-то… фальшь, я не знаю.
Понимаете, за годы, которые я живу в этом мире, я уже привык к его, м-м, можно сказать, постоянному, стабильному безумию. Он бывает абсурдным, он бывает странным, ярким и психоделическим, и это — единственная константа. Вон, трость в виде игрушечного шприца — это я понимаю, это по-нашему, да.
Единственное, каким этот мир не бывает — это спокойным и обычным. Всегда где-то что-то есть неадекватное и до сих пор вызывающее у меня прилив противоречивых эмоций.
Однако эта Чио выглядела как стереотипнейшая, хрестоматийная, умудренная годами и жизнью добрая бабушка, которую можно было найти в любой легенде, в любом аниме, в любой истории в принципе. И это выглядело настолько обычно, спокойно и нормально, что у меня волосы дыбом вставали. Потому что выглядело слишком искусственно. Неестественно. Не бывает так. Конфетки еще эти…
Реально, создается такое ощущение, будто кто-то скрупулезно, по пунктам выстроил образ доброй бабушки из дорам. И теперь старательно ему следует.
Но зачем кому-то создавать такой облик? И зачем его вообще соблюдать в сложившемся обществе? Тем более — в Академии?
Чтобы с детьми легче было взаимодействовать? Ну так мы уже не школьники… в смысле, не младшеклассники.
Да и кто сознательно выберет себе такой стиль жизни?…
Тут по спине проползли мурашки.
Только тот, кому есть что скрывать.
Я попытался вспомнить все, что прочитал про нее в сети. Работала в Юэй сорок лет… очень уважаемый всем персоналом человек… медсестра, то есть имеет среднее профессиональное медицинское образование… все.
Информации было крайне мало, и когда я говорю «крайне», я имею в виду что про Сотриголову — Айзаву Шота — в интернете было куда больше фактов, хотя он, вообще-то, никогда не работал публично и в принципе был еще большим параноиком чем я, скрывая максимум фактов своей биографии.
А ее имя как профессионального героя — «Исцеляющая Девочка» — и вовсе не встречалось нигде, кроме официального сайта Юэй. Никаких статей в газетах, никаких старых фотографий или геройских команд… ничего.
Я сумел нарыть хоть что-то про каждого преподавателя Юэй кроме самого директора Незу — и вот ее.
Но, если так подумать, даже в этих крохах информации есть за что зацепиться. Небольшое противоречие или даже, скорее, простой вопрос: почему, если она работала здесь больше сорока лет, Чио не получила высшее сестринское образование? А то и вовсе — врачебное, уж Академия-то могла это устроить. Полагается исключительно на причуду? Ну так мы сейчас в том учреждении образования находимся, вообще-то, которое призвано научить будущих героев так НЕ делать.
И да, самая главная загадка: почему Исцеляющая Девочка? Не бабушка, не женщина, не леди, в конце концов, как Леди-Гора, а именно девочка?
Что-то мне слабо верится в то, что она могла использовать это про-геройское имя те сорок лет назад и затем просто оставить его, ведь если бы это было так, про нее была бы хоть какая-то информация! То есть либо имя героя взяли недавно, либо вообще не использовали.
Но, в таком случае, что могло побудить взять пожилую женщину себе в прозвище «Девочку»? Опять же, вряд ли в Юэй будут держать сотрудника, у которого не все в порядке с головой. Даже несмотря на такую потрясающую причуду. В конце концов, целители и лекари существуют и другие — да, они крайне редки, но они есть.
