В нашем диалоге он требовал смерти для девушки еще до совершения преступления, просто на основании предположительных знаний будущего из мультика. Очень достоверного мультика вплоть до этого момента, но тем не менее.
И явно говорил со мной с позиции силы.
Почему?
Тут, как мне кажется, есть три варианта.
Первый. Киотака с кем-то сотрудничает прямо сейчас и верит, что его прикроют, в случае чего, как ценного агента.
Это — маловероятно. У него был всего год, чтобы найти себе «покровителей», и, учитывая где он и как он начал, я очень сомневаюсь, что за этот период ему начали бы доверять настолько, чтобы отправить «в поле».
О ком бы речь не шла — о той госслужбе Ястреба, о котором я помнил только то, что она есть, о другой правоохранительной структуре, о криминальной организации, о самом жирном злодее, которого мы в конце толпой должны запинать… да даже о Незу, даже он не пошел бы на такое. Да и зачем ему свой шпион в своей же Юэй?
Никто бы не доверился малолетнему преступнику, который за год вдруг исправился.
Второй вариант. Возможно, это вопрос привычки: где бы он раньше не работал, очевидно, что он привык действовать резко и с позиции силы той организации, к которой раньше принадлежал. Опять же, за год просто не успел перестроиться.
Пожалуй, более вероятная ситуация…
Однако Шинья показал себя как человек, который вполне способен рационально мыслить, делать правильные выводы и строить логические цепочки. И, более того, «готов к компромиссам», как бы погано он их не реализовывал.
Собственно, сперва Киотака показал «новобранцу» в моем лице то, как делать дела «правильно», а потом, встретив упертость, дал возможность набить собственных шишек.
В то же время он не показался мне сильно манипулятивным человеком. Нет, он просто и незатейливо шантажировал меня, постарался «обработать» полезного свидетеля? Союзника? Гражданского?… и заточил его, то есть меня, на сотрудничество. А параллельно предпринял шаги к тому, чтобы ликвидировать угрозу.
В таком случае, на какого-нибудь контрразведчика он не тянет. Те, наверное, куда более тонкие и изящные кукловоды. Видимо, какой-то офицер полиции или там оперативник-«контртеррорист», который потерял веру в людей. Цель оправдывает средства, бей на опережение, и все такое.
В любом случае, это не звучит как поведение тупого солдафона-сержанта. Такой попытался бы меня заставить катить квадратное и закономерно бы фалломорфировал.
Да и за убийство не ратовал бы, я думаю.
Ну и третий, самый неприятный вариант — он такой резкий потому, что верит в то, что САМ обладает достаточной личной силой, чтобы не бояться ни меня, ни Незу, ни всего геройского комьюнити Японии.
Хочется верить в то, что это тоже маловероятно.
Но, тем не менее, многое бы объяснило.
Если подумать, я сам еще месяц назад искренне, хоть и только чуть-чуть, верил в свою исключительность и даже избранность. Ведь не могло же случиться такое чудо, как перерождение в другом мире, само по себе? Причем не просто перерождение, а исполнение мечты всей моей жизни! Это ведь кому-то нужно было… Кто-то меня выбрал, а значит, есть какое-то предназначение, какая-то цель, для которой я был избран.
Хотел я этого или нет, подобные мысли возникали у меня в голове. Вероятно, и у Киотаки тоже.
Впрочем, еще Шинья мог попросту соврать мне про один-единственный год своей жизни в этом мире, в результате чего я застрял в совершенно неверных умозаключениях.
Но и на лгуна он не сильно похож. Опять же, слишком резкий, как серпом по яйцам. Мне-то все равно, они у меня стальные, но…
Ай, все.
Нет смысла изводить себя предположениями. Особенно учитывая, что я еще даже не рассматривал вариант того, что на самом деле он спец высокой пробы и уже завербовал меня — так виртуозно, что я даже этого не понял. Моя задача, в любом случае, остается одна: убедить Киотаку, что Химико «исправляется».
А ведь есть еще сама Тога. Последнюю неделю перед «часом Икс» я меньше ее контролировал, на последние несколько дней и вовсе оставил одну.
Идеальный вариант был бы такой: мы все ее вылечим, Киотака увидит, что «заблудшие овцы» тоже могут вернуться в общество, или к силам добра, или какими там еще категориями он мыслит, я сохраню двух сильных союзников и не нарушу собственное обещание…
Но мы же не в сказке.
Не сказал бы, что спич и посыл Шиньи был как ушат холодной воды, я не отказывался от своих слов или принципов.
Однако с чего я вообще взял, что спасти ее от самой себя — возможно?
Надеяться нужно на лучшее, безусловно. Но готовиться — к худшему.
Откуда я вообще знаю, что моей крови и таблеток достаточно? Вдруг она посчитает, что кровь Мидории, Томуры или любого случайного человека такая же вкусная? А таблетки? С нее станется выплевывать их. Сама же мне говорила, какие они противные…
Потому, чтобы не упустить худшее, мне нужно взять ее под более жесткий контроль.
Тем более что теперь я не могу позволить Химико ошибаться, если хочу сохранить наш хрупкий союз. Не думаю, что мсье мудак шутил по поводу одного повода, ему может хватить дури, во всех смыслах, попытаться ее «ликвидировать».
