Он почему-то не сомневался в том, что девушка спросила не случайно и это как-то связано со вчерашним звонком.
– Я жду здесь Лену, – и, не отдавая себе отчета, взволнованно уточнил, – вы должны повести меня к ней?
Она внимательно посмотрела: – Да, моя подруга ждет тебя в баре.
– Почему вы, а не она?
– Она не пожелала выходить и ждет вас там, – раздраженно произнесла неизвестная и с упреком, словно остерегаясь дальнейшая расспросов, спросила: – А меня вы разве не помните?
– Нет, честно говоря. А где и когда мы встречались? – виновато пролепетал Ткачук. Невероятно тянуло увидеть ту, что была в "Нектаре". Ткачук бы бросил незнакомку, чтобы скорее спуститься в знакомый подвальчик, но блеснула мысль, что девушку неудобно оставлять на улице, и он кивнул, взял ее под руку, потянул за собой.
Когда они спустились по винтовой лестнице, Геннадий моментом прострелял взглядом все столики, но не увидел никого из знакомых.
– А где твоя подруга?
– Была здесь, – без раздумий ответила девушка. – А почему она вас так интересует?
– А как ее зовут? Лена? – он понял, что делает что-то не то, однако иначе не мог.
– Дудки! Валентина! – услышал Ткачук удивленный ответ.
– Как Валентина?.. А как она выглядит? Белые волосы до плеч?
Девушка азартно перебила его: – Ха! Нет, черные. Вы, кабальеро, ее никогда не видели и…
До Геннадия дошел чудовищный смысл происходящего. Он понял, что никакой второй здесь не было, что на встречу с ним пришла именно эта девушка.
– А как вас зовут? – наконец осведомился он.
– Лена. Нет, это финиш! Так вы решительно не помните? – возмутилась она, улыбаясь.
Рядом проходили подростки, с замашками завсегдатаев садились за столики, делали заказы. Генке показалось, что на него и на знакомую смотрят, как на странных людей. Действительно, они вели беседу, стоя между столиками, не садясь и не уходя из бара. «Да, не совсем удобно получается…»
Он предложил Лене сесть, заказал сок и кофе.
– Так где и когда? Объясните мне. Не обращайте внимания на мое смущение, но, честно говоря, не помню.
– Когда? Ха! А этой осенью мы разве не сидели вместе вот так же, только в другом месте, не в безалкогольном? Конечно, ты был «хорош» тогда…
– Не помню! – замотал он головой.
– Ха! Просто финиш! Мы долго болтали, а потом ты посадил меня в такси, предварительно взял телефон, но что-то не позвонил.
– Все, извини, но я тебя перебью, – челюсть Генки поползла вниз. Он натужно продолжал: – Честно говоря, я не могу больше слушать тебя… по той причине, что этой осенью я был еще очень далеко отсюда, учился в другом городе, в военном училище и…
– Так-таки-так, заманчиво, – импульсивно перебила девушка и постучала по столику ноготками. – Выходит, будущий офицер? Господин курсант в отпуске?
– Нет, примчался ради удовлетворения твоего любопытства. Эта игра начинает раздражать, давай начистоту и отвечай на вопросы, Геннадий прямо и твердо смотрел в глаза девушке. Не выдержав, она опустила их.
– Кто вы и цель вашего звонка? Только честно.
– К дьяволу твои вопросы! Лучше скажи почему ты кинулся назначать встречу?! – несдержанно оборонялась она.
– Так звонила мне ты?! – Ткачук положил свою руку на ее кисть, легко лежавшую на краю стола.
– Э-э, кабальеро, а чему ты удивляешься? У меня такое ощущение, что ты ненормальный…
В голове Геннадия промелькнуло все, что было связано с именем Лены, и незнакомка разом помутнела в его слюдянистых глазах.
– Знаешь, – и он непроизвольно коротко рассказал о Лене… – Я любил ее. Вчера твой голос принял за голос Лены, сюда, честно говоря, мчался с невероятной надеждой увидеть. Теперь понимаешь, что я тебя так просто не отпущу, пока все не выясню. Зачем ты знонила?
Генка опустил голову. Напряженная тишина натягивала тугой тетивой нервы… Первой напряжения не выдержала девушка.
– А у тебя каникулы? Или, как там у вас, отпуск?
Этот глупый, как показалось Генке, вопрос, совершенно не относящийся к теме, обескуражил его. Шумно вздохнув, он уже почти спокойно ответил:
– Если тебя очень интересует это, посмотри подшивку нашей молодежной газеты за прошлый месяц. Где-то там напечатан мой портрет… – Он говорил размеренным голосом, глядя поверх головы собеседницы, но взгляд его не упирался в каменную стену, а уходил, казалось, вдаль. Его уже ничего не интересовало, полная апатия овладела телом и разумом. Он словно вновь погрузился в странное полузабытье, а когда осознал это, и сделал неимоверное усилие, чтобы вернуться в настоящее, сразу понял, что с ним и где он. Напротив никого не было.
"Не сон ли это?" – испугался Генка, но чашка выпитого кофе и нетронутый сок на столике напомнили недавние события. "Где же она?" – Ткачук окинул быстрым, ищущим взглядом зал. Потом, немного помедлив, встал, расплатился с барменом. Одеваясь на ходу, он выскочил в переулок, почти побежал на центральную улицу города, куда могла скрыться незнакомка.
