Дарья Сергеевна, отправила очередной и перевод получила его обратно, в многократном объёме. Как пояснили на почте, такой абонент не проживает в Эльтоне и уже полгода денежные средства не уходят по назначению. "Что-то случилось" — подумала Дарья и по ее телу пробежали мурашки. Она свою внучку видела пару раз в жизни: когда она, родилась и лет в шесть, мельком. Рыженькое чудо тогда выбежало из калитки, Дарья Сергеевна сказала, что она знакомая ее матери.
— Петя, что-то случилось с Риткой, переводы не доходят до нее, — сказала мужу обеспокоенная Дарья.
— Тебе ли не все равно, финансы целые, сколько можно себя грызть? — ответил ей Петр.
— Из-за нашего поступка у Васи нет личной жизни, все мотается по раскопкам, ему еще сорока нет, а он как дед с бородой. Испортили мы ему жизнь, сейчас бы жена была и ребёнок, — плакала Дарья. Ее все года мучала совесть за внучку. Бросили ее, а ведь девчонка вылитая Дашина мать — ее прабабушка.
— Я так не могу, я поеду все узнаю, — сказала Дарья.
— Ты как хочешь, а я в этом балагане участвовать не собираюсь, — ответил Петр Васильевич и скрылся в туалете.
Дарья Сергеевна приехала в Эльтон и направилась к дому Риты и обомлела. В середине октября утро было уже не жарким, да еще и пасмурным. Она пришла на пепелище. От усадьбы ее несостоявшейся невестки остался один покосившийся забор, вместо дома — гора неразобранных досок, смешанных с углем и пеплом. От этой картины веяло огромным горем, над пепелищем летали вороны и громко кричали.
От увиденного Дарья испытала шок, и даже упала на колени, рыдая перед калиткой.
— Боже, боже, за что… — она плакала и кричала. Ей казалось, что внучки уже нет в живых. Другой картины ей не представлялось.
Услышав крик возле бывшей соседской усадьбы, на крыльцо своего дома вышла баба Маша.
— Кто там, кто кричит, что вам надо? — окликнула она не открывая своей калитки.
— Ой, помогите, пожалуйста. Я приехала к Маргарите Уваренко, у нее дочь Лиза была. Они жили здесь… — плачущая Дарья показала на сгоревший дом, хотя собеседник ее не видел.
— А вы кто им? — открыв калитку спросила Мария.
— Я бабушка Елизаветы, — опустив глаза прошеплатала Дарья Сергеевна.
— Батюшки, — закрыв рот рукой сказала баба Маша и зачем-то перекрестилась, как будто перед ней стоял покойник. — Проходите в дом.
Баба Маша провела женщину на кухню. Налила ей успокоительное и дала выпить.
— Спасибо, — ответила Дарья, выпила настойку пустырника.
— Как к вам обращаться можно? — спросила Мария.
— Дарья.
— Вот, Дарья, полгода назад у Уваренко произошло горе. Дом сгорел. Погибла Рита и ее недавний сожитель, — начала рассказывать Мария.
— А Лиза, Лиза где? — плакала Дарья.
— Лизу под опеку взяла наша акушер- гинеколог, она уважаемая женщина на посёлке. Пожалела ее. Сейчас Лиза учится в десятом классе.
— Бедная, девочка, как же так, столько горя пережила. А почему сгорел дом? Как они жили последние годы? — у Дарьи было много вопросов и мало ответов, — я перед ними очень виновата и не знаю как искупить свою вину.
— У Риты была хорошая подруга, Вера, пока они общались, Ритка держалась, не было даже мужиков возле, дети у них дружили. Она не пила вообще. А как Веры, не стало, так запила, да так сильно. Это в последний год ее жизни было. Мне так Лизоньку жалко было, пятнадцать лет, ей внимание надо было уделять, а Рите было не до неё. Еще и уголовника какого-то притащила в дом. Они вместе пили и подожгли его, случайно. Непотушенная сигарета, как сказали пожарные, — бата Маша рассказала, все что знает.
— Боже, а где деньги на похороны взяли?
— Что-то по социальной программе, что-то по поселку собрали. Девочке детский дом грозил. Ирина Григорьевна пожалела ее и удочерила, а почему именно она и откуда она ее знала…. Мне это не известно, — ответила Мария.
— Я должна узнать адрес Ирины Григорьевны, — сказала Дарья Сергеевна.
— Я вам продиктую как идти, напишите сами, а то я плохо вижу. И дам адрес ее работы, может туда вначале сходить, чтобы девочку не пугать?
— Хорошо, я сделаю как вы скажете, — ответила Дарья, хотя где работает акушерка она сама знала.
Дарья шла по улице, по ее лицу текли слезы. Она думала: "Вот ведь судьба какая, вначале Ирина Григорьевна согрешила, оговорив Ритку, а теперь получается искупила свою вину, Лизу удочерила.."
В поликлинике, где работала Ирина Григорьевна было много народу. Дарья заняла очередь к гинекологу и решила ждать. Посмотрела по расписанию, она еще успеет на автобус. Когда все люди разошлись и приём был уже окончен, Дарья зашла в кабинет.
— Здравствуйте, Ирина Григорьевна!
— Здравствуйте, вроде бы уже все прошли, кто на сегодня записан. Я вас в первые вижу. Вы не местная, с острой болью? — Ирина не узнала Дарью.
— Да, действительно, у меня, острая боль сейчас, — заплакала Дарья, — я бабушка Елизаветы Чижик — Дарья Сергеевна Чижик, помните меня?
У акушерки затряслись руки и ручка упала и покатилась на пол.
— И зачем вы приехали? — спросила она, подошла к двери и закрыла ее на замок.
