Интересно, что же там написано? «Агрессивный баран» или что-то похлеще? Жаль, словарика под рукой нет, но куда больше меня беспокоило утекающее впустую время. Друг продолжал безучастно висеть в воздухе, поэтому я решил рискнуть. Метнулся за платформой и прокатил её мимо, почти полностью сосредоточившись на тепловом зрении. Робот нас пропустил, но двинулся следом на небольшом расстоянии в качестве безмолвного сопровождения. Больше к нашей процессии никто не приставал и вскоре я почувствовал нарастающую теплоту в груди.
В прошлый раз ничего подобного вроде бы не происходило, но и мне тогда никто не дал разобраться в собственных ощущениях. Мы покинули это место в спешке, едва заслышав приближение механоидов. Столько раз я мысленно представлял своё возвращение сюда, но подобный расклад не снился даже в самых страшных кошмарах.
Почему не сделал этого раньше? Фест постоянно твердил, что я ещё не готов к визиту. Поэтому и не пытался сжульничать, штурмуя подземелье ордена. Но сейчас, после скоротечной стычки с местными обитателями, в моей душе воцарилась уверенность, что на этот раз испытание я бы прошёл. Пусть и не без труда и травм. Увы, ныне этот путь оказался разрушен, и пришлось двигаться другой дорогой.
Правда, теперь меня покинул ещё и усилитель, который здорово аккумулировал энергию в руке, но благо я не успел к нему привыкнуть. Да и в целом моё самочувствие не сильно ухудшилось. Немного кружилась голова, хотя это вполне могло быть связано со здешним воздухом. Сухим и горячим, будто неподалёку работала тепловая пушка.
Вскоре на стенах появилась знакомая инкрустация из мелких кристаллов, а судя по регулярным ответвлениям от осевого коридора, святилище «Фениксов» не являлось единственным в своём роде. Только времени на посторонние исследования не было. Его и так катастрофически не хватало. Я торопился как мог, с трудом сдерживая себя, чтобы не врубить реактивное ускорение, однако гаснущих огоньков становилось всё больше. Видимо, платформу всё-таки зацепило во время стычки, либо Друзья подействовали на оборудование дистанционно. Спящая красавица почти не шевелилась, всё больше напоминая настоящий труп.
Когда показался тот самый закоулок, где мы с Кристой донимали наставника вопросами, с души будто камень свалился. Уже не обращая внимания на отставшего робота, я буквально влетел в пещеру. Едва успел притормозить, чтобы с размаху не врезаться в стену. Всё-таки габариты тут весьма скромные, а большую часть пространства занимала статуя пылающей птицы и купель с кристально чистой водой. Вроде бы успел…
Фест упомянул, что ему сюда хода нет, поэтому меня до последнего момента терзали опасения, что запрет будет действовать и на других его соплеменниках. Но изваяние никак не отреагировало на наше вторжение. Иллюминация саркофага почти полностью погасла, и я без промедления вынул оттуда рослую спутницу, и не разворачивая многочисленных мотков медицинской ткани бултыхнул её в бассейн прямо так. Жидкость обожгла руки, слегка растворив рукава из огнеупорной ткани, а вот надписи с кожи так и не сошли. Видимо, это уже часть меня, как и клановая метка на плече.
Поначалу ничего не происходило, но потом волнующаяся поверхность вскипела, исторгнув из себя кашляющую девушку. Ничуть не бледную, а вполне розовощёкую и живую. Сработало!
Жаль только, что не на той, которую мне хотелось спасти больше всего… Увы, по признанию самого Феста вода не оживляет, а всего лишь лечит. Мертвым, и в том числе некромансерам, она никак не поможет. Как хорошо, что Ахата больше не являлась их представителем, застряв где-то посередине. С другой стороны, никто из людей подобных ран не перенёс бы. Даже среди одарённых зверолюдов. Бедняжку буквально изрешетили, вынудив лекарей собирать её едва ли не по частям.
А сейчас она светилась ровным теплом, без единой прорехи. Все обмотки растворились, оставив лишь чистую кожу.
Только не успел я радостно выдохнуть, как девушка огляделась по сторонам, будто не веря в происходящее, после чего завопила так, что меня опрокинуло на спину. Казалось, само пространство сминается от этого крика, заставляя всю пещеру ходить ходуном. А я ничего не мог поделать. Примерно так себя чувствует масло, когда его пытаются размазать по твёрдому крекеру. Сопротивляться разошедшейся стихии с каждым ударом сердца становилось всё сложнее, и тут не выдержала статуя.
Будь изваяние сделано из обычного камня, звуковая волна своротила бы его с пьедестала, однако вместо того, чтобы расколоться вдребезги, птица ослепительно вспыхнула. Спектр испытанных мной ощущений стал схож с применением светошумовой гранаты. Зрение со слухом вряд ли бы вернулись ко мне в скором времени, не догадайся я подползти к источнику и подобно страусу сунуть голову в укрытие. Правда, вода не песок, зато быстро отпустило. Хотя перед глазами всё ещё плясали яркие точки.
