Опыт с Розой, безусловно, поражает. Но еще более удивителен опыт с Мари, которая слепа на левый глаз и думает, что это произошло с самого дня рождения. Жане решает установить время, когда Мари потеряла зрение. Перенося Мари поочередно в различные периоды ее жизни, Жане наблюдал те состояния, через которые она проходила, и исследовал причины изменений. Внушив Мари, что ей семь лет, и убедившись, что она осталась слепа на левый глаз, Жане внушил, что ей шесть лет. Неожиданно она стала хорошо видеть. Так было определено время, когда Мари лишилась зрения. Память автоматически воспроизвела состояние, о котором Мари не сохранила сознательного воспоминания. Вот как сам Жане рассказывает об этом уникальном случае:
«…Наконец я решил исследовать у Мари слепоту левого глаза. Но в состоянии бодрствования она возражала, говоря, что слепа от рождения. Во время сомнамбулизма пациентке нетрудно было убедиться в том, что она ошибается: посредством обычных процедур она была превращена в пятилетнего ребенка, при этом у нее восстановилась чувствительность, свойственная ей в этом возрасте, и было обнаружено, что она может прекрасно видеть обоими глазами. Следовательно, она потеряла зрение в шестилетнем возрасте, но при каких обстоятельствах — она не знала. Необходимо было это установить.
Приведя пациентку в состояние сомнамбулизма, я осуществил ряд последовательных перевоплощений, заставив ее вновь пережить основные события того периода жизни, и заметил, когда поразила ее слепота. Однажды ее насильно уложили спать вместе с ребенком, у которого левая сторона лица была поражена молочным струпом. Через какое-то время он появился на лице Мари, но потом исчез. Именно с этого момента левая сторона лица потеряла чувствительность, а левый глаз перестал видеть…» (Janet, 1884, р. 439–440).
Далее Жане сообщает, что с тех пор у Мари не появлялось даже малейших признаков истерии. Симптомы исчезли без следа и без спонтанного проявления в дальнейшем. И все это в результате повторного переживания ситуации, некогда вызвавшей травму: Жане удалось побудить пациентку вновь пережить в гипносомнамбулическом состоянии прежнюю травму и посредством ряда внушений снять вновь переживаемые эмоции, которые некогда вызвали потерю чувствительности. Эта история показывает, как велико значение навязчивых подсознательных идей и какую роль они играют в телесной и психической жизни. Последующие работы клиницистов не только подтвердили возможность перенесения испытуемых в прежние периоды их жизни и то, что переживания оставляют следы в памяти и при известных условиях могут быть репродуцированы, но и обнаружили возможность кратковременного воспроизведения функциональных и некоторых органических признаков перенесенного заболевания. В этом, кстати, непреходящая
Эксперименты Буррю, Бюро и Жане привели К. И. Платонова к мысли повторить их опыты по репродукции в гипносомнамбулизме перенесенных ранее патологических синдромов.
При этом он исходил из предположения о динамической природе неврозов, как и самих истерических явлений. Характерно, что репродукция прошлого болезненного состояния возникала не в результате внушения тех или иных симптомов, а под влиянием внушения того периода времени, который соответствовал заболеванию. Например, он внушал: «Сегодня декабрь 1923 года. Проснитесь!» После пробуждения у испытуемого воспроизводилась клиническая картина имевшего в то время заболевания. Аналогичным путем под влиянием соответствующей словесной инструкции репродуцированный синдром снимался без следа и без спонтанного проявления в дальнейшем. Проявление этих состояний можно было воспроизводить повторно (Платонов, 1930).
В 1903 году Жане заявил, что «одним из самых ценных приобретений патологической психологии было бы средство предавать забвению то или иное психологическое явление».
Он имел в виду, что если бы мы всегда могли внушением снимать последствия психотравмы, стресса, то существенно продвинулись бы в лечении нервных болезней. Такого же мнения придерживался А. Бине: «Метод внушения, позволяющий нам переносить пациента в ранние периоды его жизни, рано или поздно найдет себе широкое применение в медицине. Ибо, с одной стороны, он позволяет прояснить диагноз, всесторонне раскрыть источник и механизм истерического симптома; с другой — показывает, что, перенося пациента в прошлое (в то время, когда появился симптом), можно сделать его более податливым к лечебному внушению» (Бине, 1888, с. 249).
