Услышав приближающийся скрип, я поспешила обуться. Из-за поворота показалась телега, гружённая мешками и запряжённая усталой серой кобылкой. Поводья держал седой, но крепкий старичок в опрятной льняной одежде и аккуратной бородкой. На морщинистой коже его играл румянец, а в тёмных глаза блестел живой огонёк.
Мне казалось, что он тоже проедет мимо. Но старичок остановился напротив меня и, прищурившись, спросил:
— Куда, девица, путь держишь?
— В Академию, дедушка, — ответила я, удивившись тому, насколько привычной оказалась его речь.
— Садись, довезём со Звёздочкой до села, а там уже недалече, — предложил он, кивнув на свободный от мешков край телеги.
— Благодарю, дедушка.
— Скромна, да пригожа. Даром что ведьмочка, — приговаривал старик, пока я забиралась на телегу рядом с ним.
«Интересно, — подумала я, обескураженная его словами, — что-то во мне выдаёт, что я именно ведьма? А если и так, каковы здешние ведьмы? Нескромные и непригожие?»
Воображение тут же нарисовало мне образ развязной бабы-яги, и я едва не сдержалась от того, чтобы не рассмеяться в голос.
Устроившись поудобнее и свесив уставшие ноги с телеги, я благодарно улыбнулась старику, и мы тронулись в путь. Он оказался приятным и лишённым привычных предрассудков, человеком, что само по себе неожиданно приятно.
Смирившись с тем, что иные миры всё-таки существуют, я не могла не сравнивать и взвешивать плюсы и минусы. Последних, к слову, пока не находила. Нет легкодоступного общественного транспорта, и приходиться рассчитывать только на добрых людей вроде этого старичка, которые согласятся подвезти? Так это не беда. Есть прекрасная возможность дышать свежим воздухом и наслаждаться прекрасной погодой, слушая монолог неожиданного попутчика.
— Меня дедом Панаром кличут, а тебя как звать, девица?
— Владислава.
— Хорошим именем тебя нарекли, — задумчиво произнёс дед Панар и, прищурившись на солнце, поинтересовался: — Издалека ли будешь?
— Издалека, ой как издалека. Все ноженьки стёрла, пока шла, — ответила я в тон, на что получила лукавую усмешку.
Пока мы ехали, старик по-простецки делился своими радостями и горестями. Хотя единственной его бедой было то, что он со своей супругой не оставил наследников (единственный сын на границе погиб), а в остальном дела шли очень даже неплохо. Скотина в этом году не болела, урожай богатый (кстати, в ходе этого разговора, я узнала о том, что сейчас не лето, а первый месяц осени), лето выдалось не жарким, и осень обещала быть тёплой.
Ещё я узнала о том, что город, в котором находилась Академия, назывался Кхаэссом и он являлся вторым по величине после столицы империи Илароса. Соседство с Академией очень благоприятно сказывалось на городе и его предместьях, так как в распоряжении местных жителей всегда были лучшие маги и целители. Многие услуги оказывались бесплатно адептами Академии под строгим надзором преподавателей. А что, удобно очень. Магам — практика, людям — польза.
Так, за неспешным разговором, дорога проходила намного веселее и незаметнее.
Село Большое Пригорье, вполне оправдывало своё название, находясь на возвышенности, с которой обозревались все окрестные поля. Мы ехали по центральной улице, и каждый встречный прохожий здоровался с дедом Панаром и с любопытством рассматривал меня. Люди попадались на редкость благожелательные, а в их любопытстве не было и доли враждебности. Это было несколько непривычно и ново для меня, но вскоре я расслабилась и невольно начала улыбаться в ответ, не забывая вертеть головой по сторонам.
Дома в Большом Пригорье, а особенно те, что находились на главной улице, приятно удивляли яркими с расписными ставнями и большими палисадниками. У большинства людей в палисадниках росли не только цветы. Чаще всего я замечала яблони, сливовые деревья или густые шапки вишнёвых кустов.
Остановились только перед чисто выбеленным домом с резными ставнями на окнах и невысоким забором, за которым виднелся усаженный тыквами палисадник и широкая завалинка у дверей. Мелькнули белые занавески, и из дома вышла аккуратная старушка, почему-то напомнившая мне некую директрису на пенсии.
— Глянь, Акасинья, а я ведьмочку нашёл! — выпалил старик, прежде чем жена рот успела открыть, а я поздороваться, и уже обращаясь ко мне: — Ступай в дом, Акасинья тебя накормит, напоит, а там глядишь, и сумеешь помочь нам.
Мои смутные подозрения по поводу того, что неспроста старик соловьём заливался, да и меня подобрал по дороге, оказались не напрасны. И мне стало страшно. Я никогда не практиковала что-то серьёзное и не знала получится ли. Снять головную боль, отогнать от человека дурные мысли, это было пустяками, а что вот если меня попросят скотину лечить? Заговоры подобного рода мною игнорировались, поскольку жила я в городе.
С опаской переступив порог, я прошла в светлую горницу, где порядок был возведён до идеала. И с открытым ртом застыла на пороге. Ослепнуть можно от такой чистоты и белизны.
— Мойте руки, я на стол накрою, — заметив мой ошарашенный взгляд, с ноткой гордости проговорила старушка.
