Дом стоял пустым длительное время, а когда то, они с графиней фон Газейштард, были здесь частыми и желанными гостями. Мужская стать и красота Войцеховского, дополненная его блестящим образованием, восхищала всю женскую часть этого знатного семейства. Молодые княжны Мария и Анастасия грезили в своих девичьих мечтах о князе Войцеховском, а их почтенная «маман» тайно завидовала своей заграничной подруге, имеющей его супругом. Да, не новость, Войцеховский всегда оставался вне конкуренции и не одна пара женских глаз плакала в подушку от всепоглощающего томления о молодом красавце, который всегда давал чувствовать женщине свою истинную природу — быть женщиной, так как любая, общаясь с ним, четко осознавала, его покорить ничем невозможно, он превзойдет непременно остроумием, хладнокровием и сообразительностью, интеллектом. О нем никогда ничего знать не будешь до конца, всегда останется недосказанность, которою додумывать он оставлял право на свое усмотрение.
Утаил Артур от Ани и то, что в данный момент времени, они в этом доме не прошенные гости. Он открыл двери как опытный «медвежатник» открывает сейф. Но, Ани не уделяла подробностям внимание, когда её чудом «вытянули» из тюремных камер.
Рано утром, распотрошив оставленный и вышедший из моды гардероб молодых княжон, она пыталась прилично одеться, но наряды не подходили размерами. Миниатюрная фигура женщины никогда не отличалась полнотой, а сейчас тем более. Возникала проблема, которую невозможно было решить. Ани проникла в самые отдаленные покои большого дома, на половину слуг и только там ей посчастливилось найти для себя наряд, невзрачный, простой, но чистый.
Санкт-Петербур оставался позади. Впереди их ждала Москва. Но Войцеховский сразу уточнил, в Москве они даже не остановятся, остановятся они в Польше.
В поезде, вспоминая свое состояние, в котором она находилась, покидая Будапешт, ей взгрустнулось. Мелькающие деревья за окном, безбрежная даль русской земли навсегда останутся в её сердце самым живым, цельным и насыщенным воспоминанием. Она не думала о Светлане, и не думала о Григории, что с ними и где они. Ее совесть была перед ними чиста, но, последствия, случившиеся с ней, по их косвенной вине, вызывали осадок и горечь, которые хотелось прогнать от себя и к ним не возвращаться. Она едет домой, она спешит туда, где родилась, где живут друзья, с которыми её так много связывало и в детстве они были неразлучны. Она положит ладонь на теплую морду Ангела и прижмется к нему щекой и этот родной запах любимого животного будет самым дорогим и желанным для неё.
Войцеховский не раз пытался отвлечь её от окна, и воспользоваться достаточным временем, чтобы удовлетворить свое естественное желание близости с любимой женщиной. Ани задумчиво смотрела туда, где жизнь разлилась по широте полей и крестьяне вступили в период спешной жатвы, пользуясь ясной погодой. Редкие станции привлекали еще больше внимания, люди суетились, прощались, работали. Носильщики снимали багаж с телег более простого народа или из кибиток более зажиточных господ, которые важно шествовали впереди носильщиков, приноравливающих скорость шага к хозяевам вещей. Лица были разными, озабоченными, высокомерными, неуверенными и оживленными. Русский народ отличался от народа её Родины. Рослый, светлый, открытый и чудаковатый, как ей казалось. Хозяева, порой с иронией относились к своим дворовым, как к любимым собакам. В их обращении к ним чувствовалась скрытая любовь и привязанность, граничащая с безобидным пренебрежением. И когда они оставались без посторонних глаз, то часто можно было услышать такое обращение, умилительно-ласкательное. — Слышь, Ильюшка, притормозила гнедых, мне вон в то место нужно — или — Глафирка, где ж ты откопала та это «недоразумение», глупышка?
Она жила два года среди русских, их быт, культура, язык, характеры ей были интересны. Страна с необычным укладом, с яркими, сильными характерами людей, большинство из которых также как в Австро-Венгрии, тратили свои недюжинные силы только для того, чтобы выживать хоть как-то. Она и сейчас уверенна была в одном, что даже Войцеховский, имеющий богатый опыт путешествий, видевший разный народ с его культурой и бытом, не видел той роскоши и сказочного изобилия, что познала она во Дворце графов Юсуповых.
— Артур, вы слышали когда-нибудь о таких богачах в России, как Юсуповы? — неожиданно спросила она, не отрываясь от окна.
