Преодолев одно из главных творений дьявола для измотанных людей — лестницу, мы поднялись на смотровую площадку, размещённую на крыше кинотеатра. Парочка простеньких столиков, вычурные перила с панно в виде сердечек, ну и, конечно, прекрасный вид на вечерний город.
Родной град в лучах заходящего солнца, заставляющих сверкать оранжевым пламенем десятки небоскрёбов, сотни высоток и видимое даже через весь населённый пункт колесо обозрения. Да, Таирс — небольшой город, но со своими особенностями, например, всем жителям плевать, что настоящие небоскрёбы куда выше. Они всё равно будут называть свои высотки именно так.
Лёгкий ветерок нежно ласкал кожу лица, играясь с непослушными прядями волос, так и норовящими добраться до глаз, заставляя искать угол, под которым стихия не будет досаждать. И я при этом продолжу наблюдать, как потоки воздуха волнами перебирают полы сиреневого платья Лими, заодно подхватывая шелковистые волосы на встречу горящему диску солнца.
Живописная картина сама собой пробуждала воспоминания о том дне, с которого всё началось…
<p>Глава 8. Последнее Свидание</p>Руки застенчиво мяли букет полевых цветов, которые мальчик собирал с самого утра. Он старательно отбирал только самые крупные и яркие. Боясь спугнуть собственную решимость, тринадцатилетний романтик дышал всё тише, неспешно подходя к ограде, за которой благоухал зелёный сад, пестря палитрой свежих красок. Там, на деревянной лавочке, среди распускающихся цветов, сидела девочка его возраста. К бархатному тёмному платьецу она прижимала маленького белого котика, осторожно поглаживая короткую шёрстку. Мальчик наблюдал за ней сквозь прутья изгороди, то и дело закусывая нижнюю губу. Опомнившись, он спрятал сюрприз за спину и, глупо улыбнувшись, уже было открыл рот, чтобы позвать знакомую, но судьба определилась иначе…
— Марк, смотри какого котёнка я нашла! Он такой милашка!
— Хех, и правда, но я знаю, что ты куда… ну-у…
Взгляд сверкающих лазурью глаз на полотне сотканных точно из лучей восходящего солнца волос влюблённо встретился с мягкой улыбкой девушки. Он тоже прятал сюрприз. Мальчик, подойдя ближе, достал из-за пазухи венок, сплетённый с томной улыбкой и знанием дела. Под радостный взор своей обольстительницы он одел его на объятую, будто бы ночным небом, макушку. И, притянув к себе, неумело обнял и поцеловал девочку.
Руки застенчиво мяли букет полевых цветов, которые мальчик собирал с самого утра…
Другой на его месте мог бы вспылить и в ярости избить железную изгородь. Следующий броситься на соперника. Некоторый — заплакать или зарыться в себя и, включив по громче музыку в старых наушниках, забыться в блаженном неведении. Кто-то бы не сдался. Кто-то нашёл бы кого-нибудь ещё. Кому-то пришлось бы всю жизнь провести с комплексами и неуверенностью.
Но этот мальчик был не такой. Да, в тот момент его по началу накрыла буря смешанных эмоций, но вскоре та утихла, оставив ясность. Тогда он понял, что всё не имеет смысла…
***
И этот мальчик я.
Минуло не мало лет, а то с чего всё началось, до сих пор хранилось в памяти, изредка всплывая на поверхность, как бы напоминая о той лёгкой истине, разрушающей изнутри любую надежду.
